— Я люблю свежий воздух, — сказал я, — физический напряг, чувство праздности. Когда я занимаюсь делом, все это полностью исключено. Время от времени необходимо отдохнуть.
— То же самое бывает и со мной.
Берта посмотрела на доктора скользящим взглядом — с головы до ног.
Из камбуза до нас донесся запах горячих сосисок.
Доктор обратился к Берте:
— Не хотите ли перекусить?
— Не сейчас. Клев еще не кончился, — отмахнулась она.
Профессиональным движением Берта сняла рыбину с крючка, бросила ее в мешок, насадила новую наживку и вновь забросила спиннинг. Я стоял и наблюдал за Бертой и доктором. Через тридцать секунд она сменила приманку. У доктора хорошо клевало, но рыба сорвалась. А Берта опять вытащила рыбину. Потом повезло доктору: превосходный экземпляр. Берта снова обошла его. На этот раз, правда, она поймала маленькую.
Клев закончился.
— Так как насчет сосисок? — спросил доктор.
Берта кивнула.
— А вы? — Он повернулся ко мне.
— О’кей.
— Я принесу, — сказал доктор. — Мы должны отметить успех. Вы продолжайте удить, присмотрите только за моим спиннингом.
Солнце поднялось. Горы теперь пылали снизу доверху. Утренний туман рассеялся. Стало видно, как по дороге, вдоль берега, движутся автомобили.
— Кто он такой? — спросила Берта, по-прежнему не сводя глаз с лески.
— Врач, который много и напряженно работает, мало отдыхает. Его собственный доктор предупредил его, что такой режим опасен для жизни… Я думаю, ему что-то нужно от нас.
— Ты, кажется, открыл ему, кто я. Я не ослышалась?
— Нет. Я подумал, что мое сообщение заинтересует его.
— Ладно… И впрямь невозможно предвидеть, где тебя ждет работа… А ему, видно, действительно что-то нужно от нас, это верно.
Доктор вернулся с шестью горячими сосисками на поджаренных булочках, солеными огурцами и горчицей.
Одну сосиску он уже почти уничтожил. Крупная рыбья чешуя, приставшая к ладоням, не лишила его аппетита.
Кивнув на меня, доктор сказал Берте:
— Вот уж никогда не принял бы его за детектива.
Я представлял себе детективов крупными, здоровыми ребятами.
— Вы бы удивились, получше узнав его. — Берта скользнула по мне взглядом. — Дональд реагирует мгновенно, бьет как молния. Ну и мозги в нашем деле тоже кое-что значат.
Глаза из-под припухших век, казалось, прощупывали меня. Затем веки опустились.
— Ну, так что у вас на уме? Выкладывайте! — вдруг воскликнула Берта.
Он изумился:
— Что? Почему вы решили?.. Ведь я не… — Внезапно плечи его затряслись от смеха. — Ладно, вы выиграли! Я и сам горжусь, что могу поставить диагноз по походке пациента. Правда, мне и в голову не приходило, что кто-то может раскусить и меня. Как вы догадались?
— Вы, собственно, ничего и не скрывали, — заметила Берта. — Как только Дональд сказал вам, кто я… Так в чем дело?
В левой руке доктор держал сосиску. Правой он ухитрился извлечь из заднего кармана брюк коробочку и достать оттуда две визитные карточки.
На визитке значилось: «Доктор Хилтон Деварест. Принимает только по предварительной записи». Подразумевалось: живет в роскошной квартире, в пригороде для богатых, работает в престижной клинике.
Берта щелкнула по карточке ногтем большого пальца, сунула ее в кармашек свитера.
— Все мое предприятие здесь, — заметила она, огладив лоб. — Во всяком случае, та его часть, которая что-то значит. Итак… Я — Берта Кул. Он — Дональд Лэм. Так что вас беспокоит?
— Моя проблема очень проста, — сказал доктор Деварест. — Меня обокрали. Факты таковы: к моей спальне примыкает комнатушка, где находится разнообразная аппаратура — старые рентгеновские установки, электрическое оборудование, микроскоп под стеклянным колпаком. На неопытного человека все это производит сильное впечатление.
— Вы там работаете? — спросила Берта.
Деварест колыхнулся от смеха. Набрякшие веки опустились и снова поднялись.
— Нет. Это устаревшая аппаратура — хлам, собранный, чтобы ошеломлять посетителей. Когда я умираю от скуки в компании гостей, я укрываюсь в этой своей берлоге под предлогом срочной исследовательской работы.
Все мои гости в разное время побывали в лаборатории и были подавлены… ее великолепием.
— Чем же вы там занимаетесь? — спросила Берта.
— Я усаживаюсь в уютное кресло, включаю удобную настольную лампу и… почитываю детективные рассказы.
Берта одобрительно кивнула.
Доктор Деварест продолжал:
— Так вот… В понедельник вечером мы принимали у себя очень скучных гостей. Я скрылся в кабинете. И когда гости разошлись, моя жена поднялась наверх…
— Как относится ваша жена к тому, что вы исчезаете, оставляя ее одну развлекать посетителей?
Доктор Деварест помрачнел.
— Моя жена никогда не устает от гостей, — сказал он. — Она интересуется людьми, и она… тоже думает, что я там работаю.
— Выходит, ваша жена не знает, что обстановка в вашем кабинете — бутафория? — спросила Берта.
Доктор Деварест задумался, подбирая нужные слова.
— Ты не догадалась? — обратился я к Берте. — Весь этот камуфляж устроен главным образом для нее.
Доктор Деварест уставился на меня:
— Почему вы так считаете?
