Двойная звезда полностью

Два дня в отеле “Эйзенхауэр” я был для Дэка весьма дрянным помощником, но тогда я не был вооружен, да и не ожидал худого. Сегодня у меня тоже не было оружия, даже ядовитых зубов не было, но на этот раз я не растерялся. Дэк был полностью занят управлением в этой неудобной позе. Водитель, сначала ошеломленный натиском Дэка, теперь опомнился и пытался оторвать его руки от баранки.

Я нагнулся к нему, обхватил его горло правой рукой, а указательный палец левой руки сунул ему под ребро.

— Только шевельнись — и ты свое получишь! — голос принадлежал злодею из Джентльмена из второго рассказа”, реплика диалога была оттуда.

Мой противник сразу затих.

— Родж, что они делают? — быстро спросил Дэк.

Клифтон оглянулся и ответил:

— Они разворачиваются.

— Хорошо, шеф, — сказал Дэк, — держите этого парня на мушке, пока я не переберусь за руль. — Говоря это, он уже перебирался на переднее сидение. Сделать это было довольно трудно из-за длинных ног и тесноты в кабине. Он уселся в кресло водителя и счастливо произнес. — Вряд ли что-нибудь на четырех колесах сможет по прямой дороге догнать “ролли”. — Он вдавил в пол педаль газа, и огромная машина рванулась вперед. — Ну как, Родж?

— Они только развернулись.

— Отлично. А что мы будем делать с этим субъектом? Вышвырнуть его, что ли?

Моя жертва сдавленно пискнула и прочирикала:

— Я ни в чем не виноват! — Я надавил пальцем сильнее, и он затих.

— О, разумеется, ты не виноват, — согласился Дэк, глядя на дорогу. — Все, что был намерен проделать, — это устроить небольшое столкновение — как раз достаточное, чтобы мистер Бонфорт опоздал на церемонию. Если бы я не заметил, что ты притормаживаешь, чтобы тебя самого не покалечило, это могло бы получиться. Но не вышло, а? Он резко повернул, так, что взвизгнули шины, а гироскоп зажужжал, стараясь вновь привести машину в горизонтальное положение. — Как дела, Родж?

— Они отстали.

— Еще бы! — Дэк не стал сбавлять скорость; мы летели на всех трех сотнях километрах в час. — Интересно, собрались ли они обстреливать нас? Что ты на это скажешь, милейший? Уж тебя-то наверняка спишут за ненадобностью.

— Я не понимаю, о чем вы все время толкуете! У вас еще будут неприятности!

— Да что ты говоришь? Надеешься, поверят такой пташке, как ты, а не четырем уважаемым людям? Во всяком случае, мистер Бонфорт предпочитает, чтобы я вел его машину — а ты, что совершенно естественно, был рад сделать приятное мистеру Бонфорту… — В этот момент машину тряхнуло так, что мы с пленником едва не вылетели через крышу.

— Мистер Бонфорт! — В устах водителя это прозвучало как заклинание.

Дэк несколько секунд промолчал. Потом задумчиво проговорил.

— Думаю, шеф, нет смысла выкидывать его на полном ходу. Лучше мы отвезем вас, а затем займемся им вплотную в каком-нибудь укромном местечке. Думаю, если его хорошенько поспрашивать, он многое может рассказать нам.

Водитель попытался вырваться. Я сильнее сжал его горло и снова ткнул пальцем под ребро. Конечно, палец наощупь не так похож на дуло пистолета, но кто станет проверять? Он расслабился и угрюмо спросил: — Но не будете же вы вводить мне наркотики?

— О небо, конечно нет! — оскорбленным тоном ответил Дэк. — Это было бы противозаконно. Пенни, девочка, у тебя есть булавка?

— Конечно, Дэк. — Голос Пенни звучал весьма озадаченно. Не менее ее терзался в догадках и я. Но она, в отличие от меня, судя по голосу, не была испугана.

— Отлично! Парень, тебе когда-нибудь загоняли булавки под ногти? Говорят, это снимает даже гипнотический приказ молчать. Действует непосредственно на подсознание или что-то в этом духе. Беда только в том, что пациент при этом издает самые непрезентабельные звуки. Именно поэтому мы и собираемся отвезти тебя куда-нибудь в дюны, где своими воплями ты не потревожишь никого, кроме песчаных скорпионов. После того, как все расскажешь, — наступит самая приятная для тебя сторона дела: мы отпустим тебя на все четыре стороны и ничего не сделаем — просто позволим вернуться в город. Но — слушай теперь особо внимательно — если ты будешь приятен в общении и добровольно согласишься рассказать все, что знаешь, то получишь премию. Мы разрешим тебе взять с собой кислородную маску.

Дэк замолчал; несколько мгновений не было слышно ни звука, кроме свиста редкого марсианского воздуха, обтекающего корпус нашего роллса. На Марсе человек без кислородной маски может пройти сотни две ярдов в лучшем случае — и то при условии, что он находится в хорошей форме. Помнится, я даже как-то прочитал о человеке, прошедшем около полумили, прежде чем отдать концы. Я взглянул на спидометр и увидел, что мы уже в двадцати трех километрах от Годдард-сити.

Пленник медленно сказал:

— Честное слово, я ничего не знаю. Мне просто заплатили за столкновение.

— Мы постараемся улучшить твою память, — ворота марсианского города были уже прямо перед нами; Дэк начал тормозить. — Здесь вам выходить, шеф. Родж, будет лучше, если ты возьмешь свой пистолет и избавишь шефа от обузы.