Так, становится несколько яснее – тот, кого этот негодяй называет Доктором и есть тот человек, который меня резал. Тогда кто этот Мастер? Опять не к месту вспомнился Булгаков. А Мастер это должно быть тот человек, который поставил барьер на дуэли. Вот они забытые знания и их демонстрация. Тогда что ищет этот человек, и чего он хочет? Вопрос остаётся открытым.
Одно меня пока радует – два дела – отравление Егора и похитители людей связаны между собой, и работая над любым из них я приближусь к моим палачам. В этот момент снова зазвонил телефон – это был Чон.
- Нужно поговорить, – сразу начал он. – Будь на месте, я подъеду.
Сразу после этого он отключился.
Я снова спустился вниз. Надо будет потребовать от кого-нибудь из корейцев больше информации, а то у меня ощущения, что я просто не двигаюсь.
Анна вовсю болтала с Сашей, а точнее слушала её щебет. В двери позвонили – это был Чон. Любезно поздоровавшись с девушками на манер первого корейца Чон уведомил Сашу о том, что будет замещать Сона, павшего в героической битве против злых и коварных недоброжелателей.
- Теперь к делу, – сказал он, когда мы остались наедине. – Как ты смог найти Анну?
Хотя взгляд у него был равнодушен, я прекрасно понимал, что он собран как удав – отвечу неправильно, и он проглотит меня целиком.
- Сначала опознал водителя.
- Как именно опознал.
- Те фотографии где он курит и показывает «фак» такая дибильная манера доставать сигареты была только у Евгения Чапева.
- Почему ты не сказал об этом? – нахмурился Чон.
- Ты можешь посмотреть количество пропущенных звонков от меня.
С две секунды мы смотрели друг на друга, а потом Чон кивнул.
- Погоди, давай вернёмся к началу. Откуда ты увидел этот жест у Чапева? Нет, как ты вообще попал в такую ситуацию? Кстати, как твое имя? Настоящее имя?
Я многозначительно помолчал глядя на него. С этого и следовало начинать.
- Дай вспомнить, – кивнул я. – Ну например Пётр Игнатьевич зовёт меня вором, самозванцем и мошенником. Анна и Александра – братом или Егором. Сон вообще никак меня не звал, ах нет - при свидетелях он звал меня юный господин. Выбирай любое какое понравится из этих имён.
Чон смотрел на меня пару секунд, а потом сказал:
- Прошу прощения. Мы поступили слишком спесиво и опрометчиво. Следовало сразу поговорить с тобой на чистоту, а не вешать ярлык.
- Согласен, – кивнул я. – И хочу сказать то, что хотел сказать давно – Дичевский просто сволочь и карьерист, который затравил сына и сломал жизнь старшей дочери, а ты урод просто потому, что работаешь на него.
Чон невозмутимо посмотрел на меня и сказал:
- Ты имеешь все основания для того, чтобы быть в ярости, но тем не менее давай начнём с того, чего начали – как ты вообще оказался в застенках у той компании?
Я несколько раз выдохнул чтобы отогнать подступившую ярость.
- Просто подставили, – сказал я. – Перепутали с другим человеком у которого кончалась какая-то виза и закрыли в КПЗ. Потом какой-то человек с большим чином кажется Иван Фридрихович сказал что меня взяли по ошибке и выпустил. Тогда я… В общем меня встретил один человек понаговорил с три короба, пообещал помочь, врал очень убедительно – и про многомесячные очереди, и про всё остальное. Я отправился с ним устраиваться на работу лаборантом в какой-то институт, а оказался на разделочном столе с кляпом во рту. Там был запрещённый регенератор и человек которого я назвал Доктор Менгеле в медицинской маске. Он разделывал меня каждый день, а потом включал регенератор и уходил. Тогда появлялись двое его подручных, которые не прятали лиц – Юдин и Чапев. Два урода которые делали какие-то записи, мыли пол от крови, включали и выключали регенератор и меняли в нём катриджи. Они же и издевались надо мной, пока я был беспомощен. Тогда я хорошо запомнил их и их привычки. В особенности у Чапева, как он доставал сигарету из пачки… В общем потом я сбежал, а из-за моего сходства с Егором меня перепутала с ним Саша. Я был не в лучшем состоянии, а Егор был затворником, как я узнал после, и редко общался с сёстрами, поэтому я смог выдавать себя за него. Помогало то, что я был слаб и болен. А затем появился ты и Пётр Игнатьевич, и сказал, что знает о том, что я двойник, заставил работать на него, и сам подробно описал своего сына – и привычки, и характер, и биографию, и отношения с сёстрами. Это ты и сам знаешь.
- Погоди, – внимательно выслушав сказал Чон. – Я забыл, кто ты, чем занимался и всё остальное.
- А я этого и не говорил, – отрезал я.
Чон замолчал больше не провоцируя.
- Хорошо, как ты смог узнать адрес? – спросил он.
- Помнишь, как полиция ловила сбежавшего психа?
Чон кивнул.
