Корпорация «Айк–Металл» не беспокоится за свое будущее, так как прочно удерживает монополию в добыче и переработке космического кобальта. Поэтому никто не обращает внимания на устаревший корабль «Прима» и его совсем юного капитана Эдди Шиллера. Но у Эдди есть потрясающий дар — безошибочно определять астероиды, богатые кобальтом, а кроме того, еще и смекалка, с которой можно стать не только неофициальным серьевым королем, но и самим императором.
Среди ломкого сухого кустарника по пожелтевшей траве бегал взъерошенный человек с пистолетом. Он громко ругался и поминутно смахивал с лица паутину, длинными косами свисавшую с безжизненных веток высохших кустов.
— Я же ее видел, она была где-то здесь!
— Наплюй, Гарман, обойдемся и так… — охлаждал товарища Миллард, которому уже надоело смотреть на эти лихорадочные поиски.
— А я тебе говорю — не обойдемся! — упрямился Гарман.
Миллард вздохнул и отвернулся. Что за планета? Куда ни глянь, одни только сухие кусты, выжженная трава и кучи булыжников. Отвратительный пейзаж. Едва удалось найти площадку для посадки катера.
Миллард вздохнул еще раз и повернулся к Гарану. Тот по-прежнему вынюхивал свою добычу. Тяжелый пистолет мешал ему перелезать через нагромождения скальных обломков.
— Да ты хоть пистолет спрячь. Он же тебе мешает, — посоветовал Миллард.
— Нельзя, — отозвался из-за груды камней Гарман, — здесь могут быть змеи!
«Какие тут змеи. Тут и кузнечики-то все передохли», — подумал Миллард. Он уже собрался вернуться к катеру, как вдруг Гарман закричал:
— Нашел! Вот она, родная! Вот она, тепленькая!
Послышались звуки борьбы, и наконец показался счастливый Гарман, тащивший за веревку тощую упирающуюся козу.
— Нашел! — радовался охотник. — В расщелину спряталась, зараза. Но Гармана не проведешь. Гарман — это сила.
В этот момент коза перестала сопротивляться и, прыгнув, боднула охотника в пах. Миллард довольно засмеялся, а Гарман, схватив козу за рога, прошипел:
— Все равно я тебя не отпущ-щ-щу и сожру уже сегодня вечером.
— Мистер, мистер! Отпустите мою козу! Мистер! — закричал кто-то со стороны оврага.
Перепрыгивая через камни, к месту события бежал худенький мальчик лет двенадцати. На его ногах не было никакой обуви, а штаны и рубаха никогда не знали стирки.
— Стой, оборванец! — приказал Гарман, наведя на подбежавшего мальчишку свой пистолет.
Мальчик испуганно остановился и умоляющим голосом повторил:
— Мистер, отпустите Марию-Луизу.
— Кого-кого? — переспросил наблюдавший за представлением Миллард.
— Марию-Луизу, сэр, так зовут мою козу, — пояснил мальчик.
— Да будь она хоть принцесса Аманда, я сожру ее — и никаких разговоров! — вскричал Гарман. — Пошел вон, сопляк, пока я не прострелил твою глупую башку!
— Короче, так, мне уже все это надоело. Я иду к катеру и улетаю. А ты можешь вести с мальчишкой переговоры сколько тебе вздумается, — сказал Миллард и, развернувшись, пошел к раскалившемуся на солнце «Трезору».
— Гэс, подожди, я только пристрелю этого мальчишку и тут же тебя догоню!
— Ну так стреляй скорее, — бросил Миллард, не оборачиваясь.
— Слышал, что он сказал? — Гарман поднял пистолет и прицелился мальчишке в лицо, надеясь, что тот испугается и отступит. Но тот неожиданно бросился на грабителя и попытался вырвать из его рук веревку, за которую была привязана коза.
Гарман выстрелил, однако хозяин козы успел пригнуться. Напуганная грохотом коза рванула в сторону, и Гарман, потеряв равновесие, рухнул на камни.
— Стойте, сволочи! Стойте! — отчаянно кричал Гарман, но мальчик и коза уже скрылись в кустах. — Всех перестреляю! — И незадачливый охотник начал разряжать пистолет куда попало.
Взвизгнули турбины катера — Миллард напоминал, что ждать не собирается.
— Да иду, уже иду! — Едва не плача, Гарман поднялся на ноги и, прихрамывая, поплелся к катеру.
Лойд Гарман тяжело плюхнулся в кресло рядом с Миллардом и сказал:
— Не очень-то это по-товарищески, Гэс, вот так торопить меня.
Миллард с невозмутимым видом добавил «Треору» тяги, сделав вид, что не слышал, о чем говорил Гарман.
— Я тебе сказал — полчаса, а вместо этого… — Гэс выполнил поворот и, когда катер лег на курс, продолжил:
— А вместо этого ты парил меня на этом Клексе целых полтора часа, и все ради вшивой, облезлой козы. Которой, наверное, уже лет сто или больше.
Лойд вздохнул и, достав из тумбочки освежающую салфетку, промокнул лицо. Стало немного легче, но неудача с поимкой козы, да еще эти постоянные нравоучения Милларда выводили его из себя.
— Ты не прав, Гэс. Тебе наплевать на свое здоровье, а мне нет. Козье мясо очень полезно, особенно при нашей работе.
— Какое здоровье, Лойд? Ты каждый день ширяешься какой-то дрянью и при этом еще говоришь о здоровье?
— Не вали все в одну кучу, — обиделся Гарман. — Ширяюсь я для души, а козлятина нужна для здоровья тела. Ты смотри, — отвлекся от темы Лойд, — «Китобой».
На экране сканера появилось изображение судна.
— Куда это он спешит? Никак опять разведал новое «окно».
— Необязательно, — отозвался Миллард. — Скорее, обходит старые.
— А как ты вообще относишься к его «нюхачу»?
— А никак. Я «нюхачам» не верю. Только аппаратура, и ничего больше.
— А я «нюхачам» верю, — горячо сказал Гарман, больше для того, чтобы досадить Милларду.
Гэс ничего не ответил, продолжая вести катер по направлению к «Приме».
