Вспомнил Веронику и Елену, моих перевёртышей-жён. Как они там без меня справляются? Не натворили ли чего? А Лампа с дядей Стёпой внутри? А Витас, Ольга, Георгий? Все они ждут моего возвращения, но справляются ли с задачами, которые я перед ними поставил?
— Через пять минут подъедем ко дворцу, — прервал мои мысли Мустафа. — Помни о том, что я говорил. Не смотри в глаза султану, не заговаривай первым, не делай резких движений.
— Ты уже третий раз мне это повторяешь, — усмехнулся я. — Неужели думаешь, что я настолько невоспитан?
— Нет, — покачал головой турок. — Просто… протокол очень важен. Малейшее нарушение может быть воспринято как оскорбление.
— Не переживай, — похлопал его по плечу. — Я вполне способен вести себя подобающим образом.
Бей слегка поморщился, но ничего не сказал.
— Знаешь, Магинский, — заговорил Мустафа после паузы. — Когда я впервые увидел тебя, думал, что ты очередной выскочка, которого отправили на заклание. Молодой, неопытный, слишком самоуверенный.
— А сейчас? — подняв бровь, спросил я.
— Сейчас… — бей задумался. — Сейчас я думаю, что в тебе есть что-то большее. И это не видно на первый взгляд.
Я улыбнулся, но ничего не ответил. Что я мог сказать? Что в прошлой жизни был двойником короля? Что видел больше политических интриг, чем этот турок может представить?
Машина начала замедляться. За окном показались стены дворцового комплекса.
— Мустафа, — повернулся к нему перед тем, как двери автомобиля открылись. — Спасибо!
— За что? — удивился турок.
— За честность, — ответил я. — И за то, что помогал мне на протяжении всего этого… приключения.
Бей хмыкнул:
— Я просто выполнял свои обязанности, Магинский. Ничего личного.
— Конечно, — кивнул с лёгкой улыбкой. — Ничего личного.
Мустафа посмотрел на меня внимательно, словно пытаясь понять, не издеваюсь ли я над ним. Но в моих словах не было издёвки.
Машина остановилась возле огромных ворот дворца. Солдаты в парадной форме выстроились вдоль дороги, образуя живой коридор. Их лица были бесстрастными, взгляды устремлены вперёд, руки крепко сжимали оружие.
— Вот мы и приехали, — выдохнул Мустафа, когда двери машины открылись. — Удачи тебе, русский!
Я кивнул и вышел из автомобиля. Воздух был наполнен ароматами цветов, растущих в дворцовом саду. Солнце стояло уже высоко, заливая всё вокруг ярким светом, отражаясь от белоснежных стен дворца.
Мустафа вышел следом и встал рядом со мной. Офицер в богато украшенной форме подошёл к нам и поклонился.
— Дипломата Магинского ожидают, — произнёс он на турецком, но я понял смысл по жестам и тону.
— Иди, — подтолкнул меня бей. — Я буду рядом.
Я сделал глубокий вдох и пошёл вперёд, к главному входу во дворец, где должна была решиться судьба мира между нашими странами. И, что более важно для меня лично, судьба моего будущего титула.
Солдаты, сопровождавшие нас, двигались в идеальном строю, сохраняя дистанцию, словно выверенную по линейке. Их форма сверкала золотом и серебром, оружие — начищено до блеска. У дверей стояли стражники в традиционных одеждах.
Мы прошли через анфиладу комнат, каждая из которых была богаче предыдущей. Мебель из редких пород дерева, украшенная инкрустацией и позолотой. Ковры, на которых были вытканы сложнейшие орнаменты. Вазы и кувшины из фарфора невиданной тонкости.
— Прежде чем мы войдём в тронный зал, тебя обыщут, — предупредил Мустафа, идущий чуть позади меня. — Не волнуйся, это стандартная процедура для всех посетителей.
Я кивнул. Ожидаемо. Никто не допустит к правителю империи потенциально опасного человека, не проверив его на наличие оружия.
В небольшой комнате перед входом в тронный зал нас остановили. Четверо охранников приблизились ко мне, жестами показывая, что я должен поднять руки. Процедура была тщательной. Они проверили каждый карман, каждый шов на моей одежде, ощупали каждый сантиметр тела.
Конечно, не нашли ничего подозрительного. Моё главное оружие — пространственное кольцо, внутри которого скрывается целая армия монстров, готовых вырваться наружу по первому приказу.
— Чисто, — сказал наконец старший из охранников, отступая.
Мустафа кивнул, и двери перед нами начали медленно открываться. Я услышал звуки музыки, приглушённые голоса, шорох одежд.
Тронный зал султана Османской империи… Огромное пространство, залитое светом, проникающим через высокие окна и многочисленные лампы. Потолок, поддерживаемый десятками колонн, украшенных рельефными узорами и золотой вязью. В центре зала — возвышение, на котором стоял трон. Не просто кресло, а настоящее произведение искусства — золото, драгоценные камни, перламутр и слоновая кость сплетались в единую композицию, создавая образ могущества и власти.
А на этом троне восседал он. Султан Сулейман IV, правитель Османской империи, владыка миллионов людей, как мне сказал бей. Мужчина лет пятидесяти, но выглядящий моложе. Его чёрная с проседью борода аккуратно подстрижена, глаза — тёмные, пронзительные.
Одежды — шёлк и бархат, расшитые золотыми нитями и украшенные драгоценными камнями, — подчёркивали статус.
