Удивительно, как мы быстро с ним нашли общий язык. Будь он жив… Наверное, стали бы даже приятелями. За грубой силой, властью, гордостью скрывался очень мудрый дед. Расчётливый, хладнокровный, беспощадный, но мудрый, как и я сам. Может, поэтому мы понимаем друг друга настолько хорошо?
«Ты тоже не так прост, чужак, — заметил хан. — Не многие смогли бы заключить великого духа в артефакт из руха. Имея столько, как ты, не каждый бы рискнул торговаться с мёртвым правителем. Ты… интересен».
Лесть? Может быть. Но в голосе духа звучало что-то похожее на уважение, признание равного.
Как только я защищу своё тело, получу ещё одну плюшку. Никто не узнает, что я шаман, не увидит мою душу, тело. Просто обычный маг, и всё. С этим преподнесу крайне много сюрпризов своим врагам, даже той суке… Она сдохнет!
Мысль о грядущем столкновении послала волну холода по позвоночнику. Не страх, а, скорее, предвкушение, смешанное с осторожностью. Я не боялся руха, уважал её силу, не паниковал, а готовился. Собирал информацию, изучал слабости, укреплял защиту.
Моё заключение и свободное время помогали подготовиться к этому моменту. Палатка, служившая тюрьмой, стала учебным классом. Клетка, сдерживавшая тело, не могла сковать разум, дух, волю. Я учился, тренировался, готовился прямо под носом у врагов.
Еду больше не приносили, и ещё кое-что изменилось: меня начали проверять почти каждые двадцать минут. Это крайне напрягало. Заходили, как к себе домой. Они мешали сосредоточиться, прерывали тренировки, разрывали нить концентрации.
Поначалу это были обычные стражники, рядовые воины с пустыми глазами, грубыми движениями. Охранники заглядывали в палатку, убеждались, что пленник на месте, и уходили. Не опасность, лишь помеха.
А дальше понеслось… То с каким-то амулетом зайдут и смотрят на его реакцию. Амулеты — разные по форме, размеру, материалу, одни светились тусклым огнём, другие вибрировали, третьи испускали странные звуки на грани слышимости. Мне приходилось постоянно останавливаться и ждать. Сидел неподвижно, сохраняя маску безразличия: глаза — пустые, лицо — бесстрастное. Пусть думают, что я сломлен, что побеждён.
Как же вовремя я закончил со своей душой и приступил к телу. Мой враг впервые оценил меня. И если бы не новые способности… Уже заканчивал со своей оболочкой. Хан объяснил, как это делать незаметно.
Проверки тем временем участились. Сука, каждые десять минут! Никакого уединения для пленника.
И вот настала очередь шаманов, пожаловал один из них. Лет тридцать, с каменным лицом и глазами, видевшими больше, чем должен видеть человек его возраста. Когда он вошёл, обычные проверяльщики тут же удалились.
Всё ныло от предвкушения. Желудок сжался в тугой узел, сердце ускорилось. Не паника — концентрация, не страх — готовность. Ручной дух был прав: его сестрёнка — умная тварь, это будоражило. Она что-то ищет, изучает. Судя по словам старика, если почувствовала мою душу или его, а потом нет… Так что я на тотальном контроле и проверках. Под микроскопом, под постоянным наблюдением.
Шаман подошёл ко мне и что-то запел. Ритуальные танцы начались. Голос — низкий, гортанный, с вибрирующими обертонами. Движения — плавные, гипнотические, словно танец змеи перед нападением.
Я почувствовал колебания его души, и она… Да ладно, словно малюсенькая точка от иголки, и после этого сей клоун считается шаманом? Душа его — крошечная, тусклая, слабая искра. Она раз в десять меньше моей. И передо мной тот, кто должен общаться с миром духов? Смешно.
Но не это главное. На его стенания припёрся призрак. Я видел сущность, которая заглянула в мою палатку. Бесплотная, полупрозрачная, с размытыми очертаниями, хотя некоторые детали всё-таки проглядывались.
Воин. Лицо перекошено, голодный. Я прямо чувствовал его желание, почти осязал голод — не физический, а духовный. Жажду существования, воплощения. Этот дух хотел тело, моё тело.
Шаман закончил свои пляски и весь взмыленный указал на меня. Капли пота стекали по его лицу, одежда прилипла к телу. Он выложился полностью, отдал всю энергию ритуалу и теперь ждал результат.
Сука! Да ты чё, издеваешься? Внутри вскипел гнев — короткий, острый, как вспышка. Но я подавил его, не позволил отразиться на лице. Спокойствие, контроль, маска безразличия.
Дух направился ко мне, движение — стремительное, целенаправленное.
Крайне скользкий момент. Просто жопа! Я тут сижу, защиту одну за другой поднимаю, и меня решают проверить. Если сейчас у бестелесного ничего не получится… Твою мать! Хотел курс экспресс-обучения? Вот он. Практика вместо теории, боевое крещение вместо тренировок. Хан тут же выдал мне инструкции: голос духа звучал напряжённо, торопливо. Поток информации, которую нужно было усвоить за секунды.
«Фокусируйся на центре своего тела! — командовал он. — Представь свет, исходящий изнутри. Свет, который отталкивает, отвергает, не принимает!»
