— Выпустите их, — поднял руку, обрывая. — Под мою ответственность. А я побуду вашей наживкой. В одном вы правы: у меня свой интерес.
— Магинский, вы сейчас предлагаете нарушить закон⁈ — возмущение Дрозда было таким искренним, что даже жандармы вздрогнули. — Да что вы себе позволяете! В камеру его до завтрашнего вечера! Пусть подумает над своими словами!
— Капитан! — служивые подскочили ближе. — Он земельный аристократ…
— Не переживайте, — в глазах Дрозда мелькнула искра понимания. — Как вы там сказали, барон? Под мою ответственность.
— Есть! — крепкие руки сжали плечи.
Жандармы провели меня в здание. А перед этим Дрозд успел подмигнуть, прежде чем скрыться за дверью с недопитой бутылкой в руках. Что же так гонит капитана раскрывать дело с отрубателем голов, раз он готов выпустить двоих преступников на волю?
По скрипучим ступеням спустились в подвал. В нос ударил знакомый запах затхлости, пота и нечистот. Те же тусклые фонарики на стенах едва разгоняли полумрак, в котором мелькнула крыса, метнувшись в угол. Конвоиры довели меня до камеры, лязгнул засов.
«Прямо как дома», — усмехнулся про себя, разглядывая жёсткие нары со свежей вмятиной от недавнего «отдыха».
Шаги жандармов затихли. В противоположной камере зашевелились близнецы. Василий первым подскочил к решётке. Его глаза азартно блеснули в полумраке:
— Колян! — воскликнул он с плохо скрываемым злорадством. — Ты глянь, кого привели! Да это же тот самый живой аристократишка!
Старший брат медленно поднялся с нар. В тусклом свете фонаря его фигура отбросила длинную тень на стену. Николай подошёл к решётке, впился в меня внимательным взглядом.
— Не получилось у тебя покинуть это замечательное место? — продолжал язвить Василий, перекатываясь с пятки на носок.
— Тихо! — оборвал его брат. Поднял руку и перевёл взгляд на меня. — Мы слушаем.
— А это правильно, — сказал я и приблизился к прутьям. Металл холодил ладонь. — Значит, мальчики, ситуация такова. Капитан выяснил, что лицензии ваши липовые и что вы убили настоящих разведчиков, дабы занять их место.
— Да не убивали мы… — тут же возразил Василий и осёкся на полуслове.
— Ну, в столице и тут уже всё решено, — пожал я плечами. — Голов вы лишитесь очень скоро.
— Ты пришёл это сказать? — тихо спросил Николай, сжав прутья решётки побелевшими пальцами.
— Ну, для начала вас, идиотов… — растянул я губы в улыбке. — Со мной говорите на «вы» или «Павел Александрович». Люблю субординацию.
— Да пошёл ты! — тут же рявкнул Василий, пнув решётку.
— Очень скоро… А вы остаетесь тут, — перебил его. — Постараюсь найти время заглянуть на вашу казнь.
— Говорите… — Николай не сводил с меня холодного взгляда.
— Сначала вы. Кто такие? Что сделали? Планировали? А потом уже я.
Отошёл к нарам, сел. Старался ни к чему не прислоняться, чтобы не испачкать костюм. Василий притих, пока старший брат мерил шагами камеру.
Близнецы оказались аристократами без земли из столицы. Наёмники. Недавно влипли в разборки. Без дуэли поквитались с обидчиком семьи, убили наследника земельного графа. Теперь за их головы назначили награду. Помимо того, братьев ищут жандармы.
— Решили свалить подальше, — остановился Николай, прислонился к стене. — На вокзале собирались уехать на юг, но встретили разведчиков.
Те не горели желанием поехать в провинцию. Выпили вместе, и тут братья подумали: «Хорошо бы занять их место. Заработать и стать сильнее». Кристаллы открывают возможности. Особенно здесь, где их никто не знает.
— Убивать не хотели, — Николай на мгновение опустил взгляд. — Принципы… Не трогаем невиновных. Никогда! Думали, как провернуть без жертв. В итоге сидели пили. Они ушли, мы за ними. И тут бац! — Василий продолжил рассказ брат и взмахнул рукой. — Находим их в туалете без голов. Мертвее некуда.
Удача сама пришла к ним в руки. Долго не думали — забрали лицензию, документы. Прихватили головы, чтобы личность не опознали. В поезде от нервов нажрались, на полпути избавились от улик. Напряжение не отпускало, продолжали пить. Закрутили роман с замужними дамами, о чём узнали позднее.
— В Енисейск приехали, выдохнули, — Николай поморщился. — Думали, ушли от проблем. Лицензии на руках, открывается светлое будущее.
— И решили это отметить, — хмыкнул я.
— Да уж… На балу накуролесили и угодили сюда, — почесал затылок старший брат. — Всё из-за тех голов. Они до сих пор перед глазами стоят. Глаза испуганные, рты открыты.
— И где тут ложь? — уточнил я.
— Я клянусь родом и кровью! — Николай подался вперёд. — Это чистая правда.
— Я тоже клянусь родом и кровью! — эхом отозвался Василий.
В глазах близнецов сверкнула молния. Произошла магическая клятва.
— Имена настоящие? — наклонил я голову набок.
— Да! — Василий криво улыбнулся. — Не хотелось пока представляться теми бедолагами.
— Фамилия какая?
— Наша или разведчиков? — Николай поморщился и закрыл глаза. — Богровы мы.
Я встал с нар, подошёл ближе. Металлическая решётка тускло блеснула в свете фонаря.
— Значит, так, — поправил повреждённую конечность. — Предлагаю один раз. С вашей стороны клятва крови, и я вытащу вас отсюда. Будете служить мне.
