— Его выпнули! — сказал Тока. — Он что-то сделал в мире людей, вмешался и нарушил порядок, поэтому изгнали из обители. Это всё, что мы знаем. Не ожидали, что он выберет тебя, человек.
— Я тоже…
Мозг работал, как хорошо отлаженный механизм, анализируя информацию и выстраивая связи: «Изгнанный бог, ставший проводником. Метка на мне — ошибка или часть какого-то плана? Лучший упоминал, что искал сильного монстра. Я не монстр, но у меня есть части монстров, я управляю ими, и моя кровь особенная».
Сознание работало на максимальных оборотах: «Новая задача — вернуть тело, но это упирается в сложности. Нужно как-то получить два ранга. Как в форме души это сделать? Мать моя Василиса! Плевать! Разберусь. Ещё Лахтина со своей свадьбой».
Мысль о Лахтине отдалась острой болью. Незнание… Предала ли она меня или нет? Нужно было вернуться не только ради мести. Столько незавершённых дел, столько людей и существ, зависящих от меня.
— Друг! — внимательно посмотрел Тока. — Твоё тело растворилось в месте, где тебя убили.
— Я могу туда как-то вернуться? И желательно в материальной оболочке? — уточнил.
Без физической формы буду бесполезен. Призрак, неспособный взаимодействовать с миром, не сможет ни отомстить, ни защитить своих людей.
— Можешь! — кивнули Бока и Тока синхронно. — Сейчас мы тебя отправим. Но… Смотри, если ты умрёшь до того, как вернёшь своё тело…
— Конец! — хмыкнул Бока. — Навсегда! Твоя душа не вернётся даже на место привязки. Ты растворишься полностью, станешь энергией этого мира. Ты уверен?
Они предлагали мне выбор: рискнуть всем и, возможно, потерять даже шанс на перерождение или отказаться и… Что? Бесцельно существовать, как призрак?
— А есть варианты?
— Можешь подождать сто — несколько тысяч лет. Собирать тело по крупицам.
Карие глаза Боки смотрели испытующе. Они проверяли мою решимость, готовность рискнуть всем.
— Не вариант!
— Ты можешь потерять всё. Себя! Навсегда!
— Плевать!
Моё решение было непоколебимым. Время не имело значения для них, древних существ, но для меня это роскошь, которую я не мог себе позволить.
— Упрямый человек. Хорошо.
Братья засветились, моя серая зона засветилась, я засветился. Почувствовал тепло, которое росло. Стало жарко. Энергия нарастала, окутывая меня коконом из света и тепла.
— Будь аккуратнее. Не просто так тебя выбрали, значит, есть какие-то важные планы, — произнёс сосредоточенный Тока.
— Плевать! — оборвал его.
То, что Лучший не просто идиот, я сразу понял. У него своя игра, и пешкой я там не буду. И мне всё равно, кто он — проводник, божок или чудак.
Сияние усилилось. Снова вспышка.
Затылочник в серой зоне Магинского
Братья всё так же были в обличье монстра, просто Магинский видел их настоящие сущности в форме души.
Затылочник очень постарался, чтобы переместить привязанную душу в другое место. Им даже пришлось задействовать сердце серой зоны. Да, оно только появилось, но её энергия подействовала на человека.
Двуглавый монстр лежал, истощённый, на подстилке из мха. Тела обеих голов покрылись бледной пеленой, словно инеем.
Сердце серой зоны пульсировало неподалёку — полупрозрачная сфера размером с человеческую голову, пронизанная светящимися прожилками. Внутри неё вихрились потоки энергии, закручиваясь в сложные узоры. Это была квинтэссенция жизненной силы всех обитателей зоны, сконцентрированная до состояния чистой энергии.
— Не зря… — выдохнул Бока.
Голова поднялась с трудом, глаза прояснились. Зрение возвращалось постепенно, образы плавали перед глазами.
— Не зря, — помотал головой Тока. — Наша сила и метка от смерти, подарок ещё одной жизни… Всё это подсказало учителю.
Обе головы улыбнулись. Улыбка вышла странной — зубы обнажились, но без угрозы. Два ряда острых игл, способных перемалывать камни, выражали почти человеческую эмоцию.
— Но сейчас я не чувствовал его артефакт, — стал серьёзным брат.
Тока прищурил глаза, сосредотачиваясь на ощущениях. Связь с человеком должна была сохраниться, вот только что-то пошло не так.
— Он связан с телом и остался там.
Бока кивнул, словно подтверждая собственные мысли. Конечно, артефакт был привязан к физической оболочке, которая сейчас растворилась.
Затылочник улыбнулся. Их учитель попросил отметить человека, когда тот будет достоин, чтобы, когда встретит его, смог ему кое-что подарить. Это случилось. У Павла был диск в груди, учитель его нашёл. План был многоступенчатым, растянутым на тысячелетия и сейчас вступал в решающую фазу.
— Справится ли он? — спросил Бока.
Второй головой затылочник смотрел на сердце серой зоны. Пульсация изменилась, став более ритмичной, словно сердце настраивалось на какой-то новый ритм.
— Он упрямый. Посмотрим.
Упрямство человека было его сильнейшей чертой. Тока чувствовал это с первой встречи — несгибаемая воля, отказ принимать поражение. Если кто-то и мог преодолеть невозможное, то именно Магинский.
— А если умрёт? — вопрос повис в воздухе.
Смерть в текущем состоянии означала конец всему, абсолютное исчезновение души.
— Тогда учитель выберет другого.
