Но параллельно с этим спектаклем я методично заполнял пещеру ядом. Не концентрированным ударом, а постепенно, через поры кожи, через дыхание. Невидимое облако смертоносного тумана растекалось по пространству, не привлекая внимания.
Заметил, как маг слегка поморщился — яд начал действовать, хоть и слабо. Его огненная аура частично защищала, но не полностью.
— Ты думаешь, твой жалкий яд меня остановит? — хмыкнул он, делая ещё шаг назад. — Я чувствую его, но он слишком слаб. Хочешь, чтобы я подошёл ближе? Как наивно…
Урод раскусил мою задумку. Ладно, раз он не хочет… Тогда я сам его выманю. Спасибо Василисе и её демонстрации способностей. Если то, что внутри ублюдка будет действовать также… Мне походит.
Собрал всю оставшуюся энергию — заларак снова активировался, вспыхнув чёрными линиями на коже. Боль была такой, что сознание начало мутиться, но я не позволил себе отключиться. Одновременно с этим призвал силу мира — нейтральную энергию, хранившуюся в особой нише моего источника.
Два потока — чёрный от заларака и золотистый от силы мира — сплелись в спираль на моей ладони. Я выбросил руку вперёд, направляя луч прямо в живот приближающегося мага.
Концентрированный удар пробил его огненную защиту как бумагу. Луч прошёл насквозь, входя в живот и выходя из спины.
Вместо крови из раны хлынула тьма. Она клубилась вокруг раны, как живое существо.
Лицо мага исказилось, но не от боли — от какого-то извращённого удовольствия. Его глаза закатились, рот растянулся в неестественной улыбке.
— Наконец-то, — прохрипел он голосом, который уже не был человеческим. — Свобода!
И в этот момент маг начал меняться. Его тело раздувалось, плоть трескалась, как скорлупа яйца. Изнутри пробивался чёрный свет.
Трансформация завершилась за считанные секунды. Передо мной было уже не человеческое существо, а нечто чуждое — огромная чёрная масса, пульсирующая и изменяющая форму. Отдалённо напоминающая человека, но с десятками извивающихся щупалец вместо рук.
ЗЛО… Я улыбнулся, а вот и настоящий хозяин этого тела. Раз маг не хотел со мной сближаться, то эта тварь сделает, то что мне нужно.
Но не успел я сделать движение, как десятки щупалец рванулись ко мне. Уклониться не успел. Щупальца обвились вокруг рук, ног, туловища, сжимая с нечеловеческой силой.
Рванулись вперёд, таща меня к основному телу ЗЛА. Через мгновение я оказался лицом к лицу с существом — если можно назвать лицом эту пульсирующую маску из тьмы, с провалами вместо глаз и рваной щелью вместо рта.
Из меня тут же потекла энергия к существу. Я улыбнулся.
— Привет! — произнёс я.
В руке появился подарок Лучшего. Шарик. Сжал артефакт в ладони и направил в него остатки силы мира. Эффект был мгновенным. Предмет засветился ослепительно ярким светом, прорезая тьму пещеры.
ЗЛО отшатнулось, щупальца инстинктивно разжались, пытаясь защитить основное тело от яркого света. Я воспользовался моментом и активировал артефакт полностью.
Свет стал нестерпимым даже для меня. Пришлось зажмуриться, чтобы не ослепнуть. Но даже сквозь закрытые веки я видел сияние.
Артефакт преобразился, свет сформировал подобие воронки — вращающегося вихря чистой энергии, направленного прямо в сердце тьмы.
ЗЛО закричало. Не голосом — всем своим существом. Вибрация этого «крика» сотрясала стены пещеры, сталактиты падали с потолка, разбиваясь о пол.
Существо сопротивлялось, пыталось отползти, но воронка света неумолимо тянула его к себе. Чёрная субстанция начала отслаиваться кусками, втягиваясь в сияющий вихрь.
ЗЛО буквально разрывало на части, и каждый оторванный кусок исчезал в артефакте, запечатываясь навечно.
Финальный рывок света — и последние остатки ЗЛА исчезли, оставив лишь оболочку — тело молодого мага с огромной дырой в животе. Кровь и внутренности вываливались наружу.
Артефакт в моей руке погас. Он стал тяжелее. Я хмыкнул, разглядывая предмет. Действительно, хорошая штука. Определенно стоит иметь такую в своем арсенале.
Маг был ещё жив, хотя и в агонии. Его руки судорожно пытались удержать внутренности, вываливающиеся из раны. Кровь растекалась лужей по каменному полу пещеры.
Я присел рядом, разглядывая его мучения с холодным интересом. Никакой жалости — только расчётливое наблюдение. Как учёный, изучающий реакцию подопытного образца.
Активировал пространственное кольцо и выпустил мясных хомячков в форме насекомых. Сотни крошечных существ заструились из моей ладони, покрывая пол живым ковром.
Мысленный приказ и насекомые устремились к умирающему магу. Они взбирались по его одежде, проникали под ткань, заползали в рану.
Глаза мага расширились от ужаса и осознания того, что его ждёт. Он попытался кричать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип.
— Плохо стараешься! — кивнул ему.
Он закричал. Звук его агонии эхом разносился по пещере, отражаясь от стен, усиливаясь в многократно повторяющийся вопль боли и отчаяния.
Я слушал этот крик, словно изысканную симфонию. Каждая нота, каждый обертон страдания звучал в идеальной гармонии. Пять минут этой мучительной мелодии, прежде чем финальный аккорд. Смерть оборвала концерт.
