Паучки один за другим скрылись в пространственном кольце. Их кристаллы тускло мерцали от усталости — синхронная атака на тварь отняла много сил.
Плюхнувшись на пассажирское сиденье, я бросил водителю:
— Гони!
Солнце медленно сползало за горизонт, окрашивая небо в кровавые тона. Нужно успеть к Булкину. Наши новые договорённости могут изменить расстановку сил в игре, которую я затеял.
Пока машина катила по вечернему Енисейску, в голове роились мысли. Картина мира стремительно менялась: оказывается, многие монстры куда разумнее, чем принято считать. Сначала Ам со своим детским лепетом и привычками домашнего питомца. Потом эта высокомерная королева скорпикозов, которая держится словно древняя аристократка. А теперь вот хемофаги — твари, способные планировать, устраивать заговоры…
И, что самое интересное, им всем зачем-то нужна кровь Магинских. А ещё королева в серой зоне… Что они собирались с ней сделать? Убить, подчинить, использовать? Мысль споткнулась: «А могут ли эти паразиты захватывать тела монстров?» Покачал головой, отгоняя неприятные образы.
К тому же тварь упомянула какого-то отца, который будет мстить. Отлично, ещё один враг в копилку. Кстати о врагах… Подведём итоги: скорпикоз, которая до сих пор выпендривается за барьером; хемофаги, жаждущие мести; некромант-учитель Дрозда со своими учениками, которому зачем-то нужна моя кровь; Жмелевский; император; этот странный кружок с кольцами Амбиверы…
Выдохнул, вспомнив про элитных теней. Да я прямо нарасхват! И ведь ещё мать перевёртышей обещала вернуться.
«Ничего себе у меня дар заводить друзей», — усмехнулся невесело.
Заглянул в себя, оценивая источник. Для повышения ранга требуется огромное количество кристаллов. Плюс постоянные схватки на грани жизни и смерти… Хотя со вторым проблем обычно не возникает — само находит.
Ладно, вспомним о хорошем. Земли остались при мне, главные секреты не раскрыты: ни про императорскую кровь Магинских, ни про меня самого. Тварь мертва… Правда, непонятно, где её первый детёныш, которого украли. Перевёртыши живы, а впереди встреча с Булкиным. Чудесный денёк!
Машина уже подъезжала к особняку. Я быстро выскочил из салона и позвал Жору. Бросил взгляд на дорогу: отряда со слугой Булкина ещё не видно.
Ко мне спешил Георгий. На его обычно бесстрастном лице проступила тревога — непривычное зрелище.
— Господин… — начал он.
— Её, — кивнул на Веронику, — к Елене. Выхаживайте.
Слуги подхватили девушку и понесли в дом. Мы с Жорой остались вдвоём у машины. Я подошёл к багажнику.
— Она мертва? Тварь… — почти шёпотом спросил Георгий.
— Да, — открыл крышку, показывая тело деда.
— Господи… — брови слуги поползли вверх.
— Что, смотришь на меня как на варвара? — хмыкнул я.
— Нет, — качнул головой Жора. — Просто… Что случилось?
— Тварь высушила его почти досуха. А когда он попытался рассказать правду… Клятва доделала остальное.
— Ярослав Афанасьевич нарушил клятву? — в голосе Жоры прозвучала тревога. — Вы что-то узнали?
Покачал головой:
— Не успел.
Георгий приложил руку к груди и поклонился старому Магинскому. По щеке слуги скатилась скупая слеза.
— Похорони его по нашим обычаям, — произнёс я тихо. — И нужно официально объявить, что дед умер от естественных причин. Мол, приезжал к нам, мило побеседовали, старая болезнь обострилась… В общем, придумай что-нибудь правдоподобное. А Елизавета, скажем, сбежала из-за похищения первенца. Главное, чтобы вопросов к роду не возникло.
Жора молча кивнул, утирая слезу. А я заметил приближающегося Витаса.
— Найди Лампу с Ольгой, передай, что едем в Томск, — велел Лейпнишу.
В этот момент со стороны леса показался возвращающийся отряд. Я двинулся им навстречу, разглядывая слугу Булкина. Тот сиял, как начищенный самовар, хотя и трясся от возбуждения. Одежда на нём была явно чужая — форма охотников. Уже успел переодеться?
— Павел Александрович! — выпалил мужичок, задыхаясь от восторга. — Я видел! Видел настоящих тварей! Огнелиса, грозовых волков, водяного медведя вот такенного! — развёл руки в стороны, показывая размер.
Его трясло от переполнявших эмоций.
— Мы их даже разделывали! Мне всё объяснили, дали пострелять! Хоть я ни разу не попал.
— Рад, что понравилось, — хмыкнул я.
— Что вы, — поклонился слуга так низко, едва ли не клюнул носом землю. — Это вам спасибо! Век буду обязан! Не каждому выпадает такое увидеть. Теперь у меня столько историй для Гаврилы Давыдовича!
Его глаза загорелись ещё ярче.
— А рудник! Это же одна из крупнейших жил в стране! Сто кристаллов в день в самом начале — невероятный объём! Мы обязательно должны обсудить все условия с господином. Умоляю, давайте скорее поедем, он уже наверняка волнуется!
Я кивнул, наблюдая, как мужичок принялся трясти руки всем охотникам, рассыпаясь в благодарностях. Подошёл к Медведю, который растянул губы в ухмылке.
— Обделался, — пророкотал Фёдор басом. — В прямом смысле, как первую тварь увидел. Пришлось нашу форму выдавать. И потом ещё раз или два. Уже не помню.
Теперь понятно, куда делся его костюм. Медведь продолжил:
