Ян взглянул на его тень. Она подняла руку, держащую за хвост неподвижный силуэт мыши, откинулась назад, и уронила мышь в широко открытый рот. Адам в это время, не шевелясь, пристально и смотрел вперёд и улыбался. Ян ничего не ответил, и Адам встал со стула.
- Ах да, я совсем забыл. Мне нужно сказать, кто я такой, или проваливать. Так вот. Я - Адам. А теперь позвольте вас покинуть. Много работы. Мы на сегодня поговорили достаточно.
Адам шутливо поклонился и вышел.
4.10.
В середине следующего дня вновь прозвучал тихий стук.
- Не помешаю? - с улыбкой спросил Адам. - Я просто так заскочил, безо всякого дела. Общение с вами очень приятно.
- Проходите, если пришли, - стараясь придать голосу безразличие, ответил Ян. Адам снова уселся перед столом и завертел головой.
- Погода ужасная, - сказал Адам. - Дождь, сырость. Навевает тоску.
И засмеялся.
Ян с тревогой понял, что никак не может вспомнить смех того, прошлого Адама.
- Если вы действительно Адам, тогда напомните, о чём мы с вами беседовали, - с нарочитой иронией попросил он.
Адам ухмыльнулся.
- Естественно, напомню. Правду говорить легко и приятно. Я готов представить любые доказательства того, что я - это я! Я расскажу вам даже то, о чём не успел! О суде, например. Пообещал, и не выполнил. Целиком моя вина.
Он на секунду удручённо опустил голову.
- А хотите, я объясню, почему возникает бюрократия?
Не дожидаясь ответа он выпрямился, и словно лектор забубнил:
- Одной из главных причин является ограниченность сотрудников. Они видят лишь кусочек реальности, то, с чем лично сталкиваются на работе, не желают понимать его настоящего смысла, и оно вытесняет остальное, становится самоцелью, бездумным и разрушительным бумажным механизмом. Разве вы этого не знали? Не говорили так, но ведь знали!
- В Министерстве всё несложно, - сказал Адам. - Вы слишком рациональны, так и норовите давать имена и названия. Доверьтесь ощущениям, и вопросы исчезнут. Вспомните отдел проверок. Зачем рассматривать их? Что искать? Лучше закройте глаза и почувствуйте главное. Суть. Но я не хочу сказать, что мне не нравятся их лица! Они восхитительны, не находите? Они отличаются друг от друга, и пусть различия жутковаты, именно в этом заключается индивидуальность. Все порядочные граждане похожи, порой идёшь по коридору и кажется, что за каждым поворотом видишь одного и того же человека, а одинаковые лица пугают больше, чем самые страшные.
Он расхохотался.
- И мы очень ценим их труд. Кто, кроме них, поддержит дисциплину и не даст нам сползти в хаос? На себя надежды нет, да и просто приятно, когда тобой кто-то управляет. Можно успокоиться, ни о чём не думать и почувствовать себя гораздо свободней. Кстати, вы не желаете поработать в отделе проверок? Они, хоть и тоже клерки второго класса, но считаются элитой. Элитой второго класса!
- Вы с ума сошли. Нет, конечно. Ни за что! Как вы себе это представляете?
- Смешно, но все поначалу так говорят. Мол, так низко не опустимся. Хаха! У вас хорошо получится. Вы же презираете этих жалких обывателей? Пожалуйста, не обманывайте себя! И вы не откажетесь подшутить над кем-нибудь из них, верно? Неожиданно выйти из темноты и напугать до полусмерти? Он пишет бумаги и не знает, что позади него. У каждого кто-то или что-то незаметно стоит за спиной, и некоторые об этом догадывается.
Ян отложил ручку и пристально взглянул на Адама.
- А вы, значит, не обыватель.
- Я? Да как вы могли такое сказать! Самый настоящий! И этим горжусь! На таких, как я, всё и держится!
- И как вам удаётся презирать и гордиться одновременно?
Адам с серьёзным видом поводил плечами.
- Как и другим! При желании это легко. Как известно, человек получает деньги скорее не за работу, а за исполняемую в обществе роль. Тот, кто убедил себя в её необходимости, смог вжиться и потому играет хорошо, с удовольствием, и нелепость происходящего - неотделимая частью спектакля. Пусть наши роли фальшивы, но как естественна игра! И за неё платят! И порой неплохо! У статистов собственная гордость!
Ян поморщился.
- Если вы настолько высокомерны к своим коллегам, про то, как вы относитесь к так называемым клеркам третьего класса, не стоит и спрашивать.
- Ха! По-вашему, они сильно различаются? Хотя кое-кому, естественно, нравится так считать, и для этого изобретают сложные логические конструкции, по сравнению с которыми доказательство того, что два плюс два равно пяти, выглядит детской шалостью. Но, как говорит пословица, поскреби клерка второго класса, и под ним найдёшь клерка третьего класса. Они, кстати, в свою очередь, смотрят свысока на тех, кто обитает в Министерстве наверху. Почему нет? Высокомерие просто и общедоступно, и здесь это общепринятая норма. Каждый презирает каждого, причём настолько сильно, что почти не нуждается в обосновании своего мнения. Ему так нравится, какая логика? А теперь признайте, что со мной интересно беседовать.
