Льняная сорочка, которую они ей оставили, точно не кричала изысканностью, но мягкий материал не натирал и, по крайней мере, прикрывал ее критически важные части тела, еле-еле. Кроме того, она предоставила определенную долю утешения девочкам, которые были одеты в такую же одежду, хотя из-за их меньшего роста их одежда им доходила до колен и голеней, а не до середины бедра, как у нее. Она обнаружила своих подопечных, когда дверь открылась, и она пошла осмотреться, но оказалась в другой комнате, наполненной одиннадцатью знакомыми личиками.
— Мисс Фонтанна! — завизжали они, как только она вернулась к ним.
— Что происходит? — спросила Лайла, голос которой перекрыл остальных. — Мы очнулись в этой комнате голыми. Наша одежда исчезла, и все, что нам пришлось надеть, это эти вещи. — Лайла с отвращением потянула за подол своего облачения.
— Кто бы это ни был, ему дадут жару в тюрьме, потому что, как только мы выберемся отсюда, я натравлю копов на этих извращенцев, — добавила Энни.
Дав вопросам сыпаться, Луиза уделила мгновение, чтобы оценить окружающую их обстановку. Вход, через который она вошла, исчез, когда часть стены скользнула вбок и со зловещим щелчком закрыла пространство. Осмотр остальной части комнаты много времени не заняло. Дюжина лежанок, прикрученных к стенам с тонкими матрацами и одеялами. Какой-то цилиндр в углу, который поднимался из пола и который, как она опасалась, был их единственным туалетом, и большая металлическая решетка в центре комнаты.
Однако она не могла позволить себе проявить свои тревожные чувства по поводу ситуации, в которой они попали, иначе все одиннадцать ее шестнадцати-семнадцатилетних девочек своими пронзительными визгами так и снесут этим уродцам их маленькие головы.
Но что она могла сделать, чтобы спасти ситуацию?
Похищенные космическими пиратами и уже в пути, чтобы быть проданными, в мешках из-под картошки и не имея при себе ничего, как же им спастись?
Но сдаваться было нельзя, по крайней мере, пока она еще жива.
— Что вы все вообще помните?
— Мы летели с обрыва, — начала Кэтрин.
— Тогда все закончилось тем, что нас втянуло в свет, — добавила Жасмин.
— А потом какая-то задница бросила в автобус какую-то дымовую шашку, и мы все потеряли сознание.
— Что-нибудь еще? — спросила она. Пожатия плечами и пустые выражения лиц ответили на ее вопрос. Похоже, она была единственной, кто пришла в сознание, когда они обеззараживали — и оскорбляли — ее тело. — Значит так, девочки, слушайте меня внимательно. Вот как обстоят дела. Мы больше не на Земле.
— Неужели мы в раю? — спросила Хлоя.
— Не-а.
— Мы что, в аду? — вякнула Кэтрин.
— На это тоже «нет». Девочки, нас похитили какие-то инопланетные гоблины со страшными рожами.
Сиротки ее класса посмотрели друг на друга, несколько пар худеньких плечиков дернулись, а затем они все начали смеяться до упаду.
— Я не шучу, — заявила Луиза, глядя на них, сердито нахмурившись и уперев руки в бедра.
— Конечно, нет, — посмеивалась Анжелик. — Вы что, обдолбались от того косячка? Или наложили лапу на рогипнол?
— Конечно нет. Я говорю вам правду.
— Мы не идиотки, — сказала Бетти, закатив глаза.
— Мы справимся с правдой. Признайте, что мы попали в автокатастрофу и все находимся типа в коме.
— Это же тупо, — сказала Джоси. — Если мы все в коме, то как мы можем друг с другом разговаривать?
— Ты всерьез сейчас назвала меня тупицей, сучка?
Быстро двигаясь, Луиза встала между девочками прежде, чем замахали кулачки, но это не остановило свирепые взгляды и шепотом произнесенные угрозы «потом».
— Обе вы идиотки, так что заткнитесь. Мы не в коме, — заявила Нэнси, ее глаза без очков казались большими и совиными. — Очевидно, что нас похитили торговцы женщинами, которые хотят продать нас в проституцию за границей.
Ее объявление сопровождалось криками — наряду с хвастливыми утверждениями о том, что такая-то и такая-то будут проданы по более высокой цене, чем тощая такая-то.
Луиза подняла руки.
— Тихо! — это никак не убавило их истерику. Она засунула два пальца в рот и дунула, и этот пронзительный свист заставил их замолчать. — Господи Иисусе. Перестаньте скулить и стонать. С каких это пор мы позволяем себе играть роль жертв? Вы что, за последние три года так ничему и не научились? Я была о вас лучшего мнения. — Она позволила своему взгляду пройтись по ним, останавливаясь и ловя взгляд каждой из них, пытаясь внушить им немного своего ложного спокойствия и уверенности. — Сейчас это может показаться практически невозможным, но должен быть способ выбраться отсюда. Так что давайте подумаем вместе. Мы должны придумать план до того, как вернутся инопланетяне.
