– Как Вы посмели сделать тест без моего разрешения и согласия?
– А что мне оставалось делать, если ты уперлась, как коза? Знаешь ли, детка, для победы в войне все средства, – произносит генерал, давая мне понять, что обсуждать больше нечего.
– Андрей Иванович… Зачем вам моя дочь? Вы же.., - спотыкаюсь, не зная, как сказать так, чтобы не обидеть Сокола. – Ну, не мальчик уже. Вероятнее, всего у вас была семья и есть взрослые дети.
– Света…
После моего имени Сокол берет паузу, думая о чем-то.
Хоть его молчание и затягивается, но я его не тороплю.
Понимаю, что у него, так же как и у меня, могу быть болевые точки или воспоминания, которых не хочется касаться.
– Кхм-кхм.., - откашливается Андрей, прежде чем, продолжить говорить. – Дело в том, что у меня нет никого. Моя семья, жена и сын с дочерью, погибли двадцать лет назад в автомобильной аварии. Случилось это недалеко от того места, где мы с тобой тогда встретились.
От слов Андрея у меня перехватывает дыхание, начинает частить сердце и наворачиваются слезы.
Опускаю глаза и закусываю губу, чтобы не заплакать.
– Так что, милая, у меня кроме Вики и тебя нет никого…
Слышу как в строгом и всегда уверенном голосе Сокола появляются нотки переживания и волнения.
– Светлана, по закону я, конечно, могу настаивать на совместной опеке над Викушей. Но… Делать этого не буду, – мягко и примирительно говорит Андрей. – Просто по-человечески тебя прошу, будьте рядом со мной. Если ты не хочешь жить здесь, то я могу купить для вас квартиру в этом доме, ну или по соседству. Я не буду лезть в твою жизнь. Мне лишь нужно знать, что у вас все хорошо. Ну, и видеться с Викой. Поверь мне. Пожалуйста. Давай решим все по-хорошему. Ты - мать. Я - отец. Мы должны думать и действовать в интересах ребенка. Викуше хорошо здесь. Она счастлива. Может и тебе нужно просто расслабиться?..
Ничего не могу ответить Соколу. И снова не из вредности, а потому что меня душат слезы.
Выдавив из себя: “Подумаю!” - пулей вылетаю из его кабинета…
Светлана
Ночь после разговора с Андреем я фактически не спала.
То ходила по комнате. То смотрела в окно на небо с желтым диском луны и падающий снег. То лежала в постели и пялилась в потолок.
Меня раздирал на части микс противоречивых эмоций.
У меня не было к Соколу никаких претензий.
Даже за ту ночь, когда между нами случилась близость.
Да, я была несколько не в себе. Не отдавала отчета в своих действиях.
Да, он мог все остановить. Только…
Не стал этого делать, а пошел на поводу у возникшего желания. Но…
Об этом уже нет смысла думать и говорить.
Потому как обратно того, что случилось уже не вернуть. А главное…
У меня есть моя дочь - мой самый родной человечек! Могу ли я держать зло на Сокола, если эта ночь подарила мне мою роднулечку?!
Ответ для меня лежит на поверхности - нет!
И все же лично мне генерал ничего не должен и не обязан. В принципе, как и я ему. Но…
Есть Вика. Моя и его Виктория!
Она тоже не виновата в том, что теперь является точкой преткновения наших интересов.
Если бы не моя болезнь, которая сблизила Вику и Андрея, то я еще могла бы хоть как-то держать его на расстоянии.
И если бы не этот чертов тест, который Сокол успел сделать, то проблем у меня было бы в разы меньше. Но…
Сейчас уже не эти два крючка меня беспокоят. Нет… Больно бьет то, что у Андрея разом погибла вся семья. А главное - дети!
Имею ли я право из собственных амбиций и страхов отобрать у Сокола еще и Викушу?!
Ведь они так хорошо ладят. И меня прямо подкупает, что Андрей настоящий отец: нежный, трепетный, мудрый и в меру строгий.
Виктория хоть и упирается, но слушает его и ластится к нему все время.
Да, моей малышке нужен отец. Только…
Другой мужчина может оказаться не таким, как Андрей.
Еще и, не дай Бог, станет обижать мою малышку.
Что разве мало таких историй?!
А Сокол точно не будет. Ну, как он может это сделать, когда перед ним его копия?!
Подумав про то, что Викуша копия Андрея, понимаю, что очень хочу посмотреть на дочь.
Решаю не ждать до утра. Тихо выхожу из своей комнаты и на цыпочках, практически не дыша, иду в спальню Вики.
Сначала меня немного удивляет, что дверь в ее комнату приоткрыта. Но…
Заглянув и увидев пустую кровать, понимаю ее причину. Папина кукла уже перебралась к нему под бок.
“Вот маленькая заразка! Кошка бродячка! И ведь ничего не поделаешь, зова крови никто не отменял”, - мысленно фырчу, испытывая настоящий укол ревности.
Возвращаясь обратно в свою комнату, не удерживаюсь и сворачиваю в отдельный коридор, где находится спальня хозяина.
Дверь в комнату Сокола открыта нараспашку.
Встаю сбоку и смотрю на Вику и Андрея.
Малышка, как настоящая женщина,
беззаботно раскинулась на кровати в позе звезды.
Генерал лежит на самом краю, держа в руке ладошку своей долгожданной радости.
Мне смотреть на них с одной стороны радостно, а с другой - печально.
Дочь, которую я растила много лет, с легкостью предпочла меня, свою мать, по сути малознакомому мужчине.
Тяжело вздыхаю, разворачиваюсь и иду в свою комнату, ложусь на постель.
