Тяжело плюхнувшись на табуретку, я глубоко задумалась.
Ни один мужчина, периодически появляющийся в моей жизни (Котя не в счет) никогда не мыл посуду (то есть если не просить)!
Чтобы восстановить душевное равновесие, пришлось хромать обратно в комнату.
Ну, дает! Ну... Слов нет!
Бориса Щербинина за таким занятием я и представить себе не могла. Впрочем, мой экс-муженек не только за мойкой замечен не был, но, думаю, даже не подозревал о назначении этого эмалированного предмета в углу кухни. Наверное, он считал, что чистая посуда растет на деревьях или сама собой в шкафу появляется.
Одним словом, потряс меня господин Ельчанинов!
Не замечая моей растерянности, Илья принес свежего кофе и как ни в чем не бывало уселся напротив меня в кресло.
— Ну, — не совсем еще оправившись, буркнула я.
— Что? Оценки ждете? — Со смешинкой уже не только в глазах, но и в голосе спросил Илья.
— Гхм, — пробормотала я нечто нечленораздельное, побоявшись высказаться конкретнее.
— Есть предложение. В четверг мы с армейскими друзьями устраиваем небольшой междусобойчик. Приглашаю вас. Послушаете, узнаете наши байки и сокровенные мысли, окунетесь в атмосферу...
— Зачем? — не поняла я.
— Статью сочините. Тема достаточно интересная, можно мостик к «чеченцам» перекинуть.
— К каким чеченцам, во что вы меня хотите впутать?
В гексогеновый скандал?!
— А при чем тут гексоген?! — ошалело вытаращил свои чайные глаза Илья Владимирович.
— Недавно же по местному TV показывали, — не ожидая такой реакции, залопотала я. — Двое придурков вынесли с завода десять килограммов гексогена, якобы колорадского жука травить, а сами пытались чеченцам сплавить. Попались, конечно.
На лице моего гостя отразилось тяжелое раздумье. Похоже, Ельчанинов так и не понял, к чему я клоню, потер костяшками пальцев подбородок, что, судя по всему, способствовало его мыслительным процессам. И вдруг разулыбался.
— Ксюша, вы не так меня поняли. Я говорил про наших ребят, воевавших в Чечне!
Все встало на свои места, я тоже с облегчением заулыбалась. Ну, надо же быть такой дурой!
— Съездим в военную часть в Лунино, я там многих знаю. Получите информацию из первых рук, — продолжал, все больше увлекаясь идеей, Илья Владимирович.
— Стоп-стоп-стоп. Не поняла, — замахала я рукой, прерывая его словесный поток. — Пока я бы хотела знать, вы статью одобряете? Или деликатно даете мне понять, что лучше выбрать другую тему для моих опусов?
Ельчанинов переключился и посерьезнел.
— Читать легко, интересно, особенно трогательно вы описали мой неудавшийся брак и несостоявшуюся свадьбу. Утрировали немного, но это ничего. Пипл хавает.
-Чего?!
— Ох, простите. На нормальный язык это можно перевести как «народу понравится». Особое спасибо, что так изящно обошли любые намеки на мою персону. Вы были предельно тактичны и корректны, — заключил Илья и посмотрел на меня. — Только в вашей статье не хватает конца, финала, так сказать.
— Знаю, — понурилась я. — Вот были бы пай-мальчиком, подсказали бы.
— Хорошо, — засмеялся Ельчанинов. Но смех почему-то вышел какой-то натужный, неестественный, и говорить он стал медленнее и, как мне показалось, осторожнее.
Вполне возможно, что это мои домыслы, откуда я знаю, как обычно разговаривает этот человек?
— Когда я совершенно разуверился в таком способе знакомства, когда понял, что это — не для меня, и найти, простите за банальность, родственную душу таким способом не удастся... мне позвонила еще одна женщина. Не знаю, почему, но я пошел на встречу. Возможно, решил, что это последний шанс... кто знает?
«Ох, как интересно», — подумала я и мысленно сочинила концовку истории. Что-то вроде: «Но она оказалась журналисткой, и я ее интересовал лишь как объект исследования».
Но Илья Владимирович сказал совсем не это, чем страшно меня разочаровал. То есть поставил под сомнение мою интуицию.
— Женщина мне понравилась, — сообщил он. — Не красавица... но в ней было нечто такое, что не описать словами, то, отчего мужчина сходит с ума... Умна... Приятна в общении... В общем, мне очень понравилась...
И очень хочу надеяться... взаимно. Что из этого всего получится — не знаю, но хотелось бы... чтобы у нас все... было.
— Илья — вы гений! Великолепный финал! Просто здорово, — взвизгнула я от радости за финал статьи. Но за себя... В моей душе, как говорится, заскребли кошки.
Ельчанинов достойно завершил мои литературные потуги, оптимистично и с грифом «продолжение следует».
Меня беспокоила только одна мысль. А что, если он рассказал чистейшую правду? С момента нашего знакомства прошло три дня. Он вполне мог провести один из вечеров с этой прекрасной незнакомкой. Я же сама ему говорила, что наша встреча в зачета не идет, потому что я преследовала совершенно иные цели.
И тем не менее, Илья заслужил мою признательность и благодарность. Если бы не он, ничего бы я не накарябала. Обсуждать подобные вопросы с Борисом Щербининым язык бы у меня не повернулся.
