– Мне следует поблагодарить вас за проведение этого конкурса. Хотя я не понимаю, как группа вообще на это согласилась.
– Я могу быть очень убедительным.
Она не понимала, что он хотел этим сказать.
– Ну, в любом случае, спасибо.
– Нет никакой необходимости в благодарности. Просто не разочаруй нас.
– Я сделаю все от меня зависящее.
– Это и еще на десять процентов больше, – сказал он. – Звони, если тебе что-то понадобиться перед турне, или если вернешься в ЛА пораньше.
Когда они закончили разговор, она долго не могла прийти в себя. Ты выкладываешься на максимум, как это можно увеличить еще на десять процентов? Ответ только один, они выкладывались не полностью. Но она была не такой. Ничего страшного, она справится. Это же ее мечта. И ее усилий должно хватить. Если нет, она всегда сможет сменить работу. Вернется к варке кофе.
Она продолжала сидеть в ванной, гадая, правильно ли она сделала, подписав контракт с «Исходным пределом» и отправившись в турне с «Грешниками». Для нее это было огромной возможностью. Может, она отхватил кусок, больше чем могла прожевать? Она сомневалась, была ли она морально готова ко всем предстоящим переменам.
Стук дверь вырвал ее из раздумий.
Она поднялась, медленно открывая дверь.
– Простите. Я не хотела надолго занимать ванную. – В дверях стоял Трей, его лицо украшала озорная ухмылка.
Вместо того чтобы выпустить ее, Трей шагнул в ванную, прижимая Рейган к противоположной стене, закрывая за собой дверь.
– Что он сказал? – спросил Трей. Его речь была немного странной, и она не могла понять почему. Может, всему виной акустика в ванной?
Она прислонилась к раковине, поглядывая на Трея.
– По моему возвращению в ЛА, они превратят меня в сексуальную куклу.
– И тебя это беспокоит?
Она опустили глаза.
– Я не знаю.
– Если Сэм заставляет тебя делать то, что тебе не хочется, то смело обращайся к Дару. Он знает, как усмирить Сэма. И если Дар тебя не послушает, то он послушает меня.
Он без предупреждения снял ее футболку. Она не была настроена на секс. По крайней мере, до того, как Трей не опустил голову, и не обхватил губами ее сосок. Что-то прохладное касалось ее чувствительного соска пока она не начала стонать, и сжимать его волосы, прося пощады. Теперь понятно, откуда эта невнятная речь. Он надел для нее штангу.
– Уверен, что это хорошая идея? – прошептала она.
Он поднял голову, выпуская изо рта ее грудь.
– Подумал тебе нужно небольшое отвлечение.
Рейган была убеждена «отвлечение» - это второе имя Трея. Он опустил голову, вновь возвращаясь к ее груди, и она наблюдала, как он дразнил сосок серебристым шариком, расположенным почти на кончике языка.
– Трей, Трей, – пробормотала она. – А какое твое второе имя? – Неожиданно ей захотелось узнать о нем больше: его любимый цвет; размер обуви, кого он водил на выпускной бал.
Трей отстранился, широко ей улыбаясь.
– Этого я тебе не скажу. Ты будешь смеяться.
– Не буду. Обещаю. Я хочу все о тебе знать. – Но не столько, чтобы он закончил свои ласки. Она вцепилась в его волосы двумя руками, притягивая к своей груди. Он сосал, дразнил нежный сосок, а руки в это время переместились на пояс ее джинсов. О боже, а как этот шарик будет ощущаться на ее клиторе? Она убрала его руки, и нетерпеливо расстегнула штаны, рывком спустила их вниз, быстро откидывая ботинки и штаны в сторону.
Трей усадил ее на холодную столешницу. По ее телу пронеслась сильная дрожь. Он приступил к неторопливым поцелуям, спускаясь по груди вниз. Его губы, язык, холодный пирсинг оставляли приятные ощущения на ее коже. Ее живот сжимался, когда он спускался все ниже, чередуя поцелуи и облизывания.
– Сол, – прошептал он.
– Соул? – она чувствовала внутреннюю связь с Треем. Это было неоспоримо, но сейчас она не понимала смысл сказанного им.
– Мое второе имя Сол. Как солнце.
Рейган захихикала.
– Я же говорил, ты будешь смеяться. Мой папа был невероятно старомодным, а мама – дитя цветов. Он выбрал наши с Дарреном ужасные первые имена, а мама – дурацкие вторые.
– Даррен?
– Дар, – пояснил он.
– О! Но Трей не ужасное имя.
– А вот Терранс – да.
– Нее, тоже неплохое. Тебя, по крайней мере, не назвали в честь двух президентов.
– Если ты скажешь, что твое второе имя Буш, то я буду не в состоянии продолжить.
– Нет, оно хуже, Буша.
– В мире много вещей похуже Буша, – он провел пальцами по небольшому треугольнику волос на ее лобке.
Она ударила его по руку, сдерживая улыбку.
– Какой же ты пошляк.
– Так скажи мне свое имя, иначе я не смогу сосредоточиться. Я буду слишком занят, перебирая в голове имена президентов. – Это Кеннеди? Рейган Кеннеди звучит довольно мило.
– Ох, если бы.
