Двойной агент. Записки русского контрразведчика полностью

   Сокольников торжествовал. В соответствии с планом на рынок вот-вот предстояло выбросить акций на восемь миллионов франков, но небрежность одного из участников привела к преждевременному разоблачению, обман был раскрыт. В это время большевики рассчитывали пустить в обращение венгерские облигации, но хитроумная парижская полиция схватила замешанных в этом дельцов. Братья Семен и Борис Товбины, известные одесские фальшивомонетчики, были выдворены из Германии за многочисленные правонарушения. В Париже они поступили на службу к большевикам, У Семена был итальянский паспорт, у Бориса — румынский. Именно они распространяли в Париже банкноты Виндишграца (изготовленные в Венгрии). Их первым успехом была продажа облигаций китайского правительства 1895 года. Вскоре после этого один из братьев поступил на службу в советское посольство в Париже и стал одним из самых авторитетных консультантов по финансовым вопросам. Из Москвы присылали иностранные ценные бумаги, которые Товбины осторожно сбывали маленькими партиями по нескольку сотен штук. Проблемы возникли из-за комиссионных. Братья посчитали, что их обманули, и потребовали от посольства значительной суммы денег за китайские и другие зарубежные облигации. В противном случае они грозили рассказать всеми миру, какими делами занимается посольство.

   Итак, из Парижа выкачали деньги, чтобы заткнуть рот этим бандитам, а посольство получило расписку в том, что Товбины более не имеют претензий к Советскому Союзу.

   — Извините, — сказал новый клиент, — вот мои документы. Я француз. Меня зовут Анри Блюм.

   Парижский брокер просмотрел документы; все было в порядке.

   — Здесь, — продолжал Анри Блюм, — двести акций «Нафты». Не могли бы вы продать их для меня? Сегодня они идут по восемьсот франков. Я был бы очень признателен, если бы вы дали мне аванс в пятьдесят тысяч франков.

   Брокер не нашел в этом совершенно обычном предложении ничего подозрительного, заключил сделку, взял двести акций и выдал требуемую сумму. Пока все шло нормально. Брокер все еще рассматривал акции, когда в контору вдруг ворвались полицейские и арестовали его. Брокер оказал сопротивление, и его пришлось связать.

   — Но почему?! Что я сделал?

   — Будет лучше, если вы пойдете с нами, не создавая проблем. Скоро вы все узнаете, если вам еще что-то неизвестно.

   Арестованного доставили в следственную комиссию и допросили.

   — Вы занимались сделками с поддельными акциями «Нафты».

   — Возможно, но я не знал, что они поддельные.

   — Где вы их взяли?

   — У Анри Блюма.

   — Кто такой Анри Блюм?

   — Француз.

   — Где он сейчас?…

   Блюма нашли, арестовали, доставили в следственную комиссию.

   — Откуда у вас акции? — последовал жесткий вопрос.

   Анри Блюм начал лепетать о таинственных посредниках, но, в конце концов, был вынужден признаться.

   — Эти акции мне прислали из Москвы.

   Все собранные доказательства подтвердили его слова. Афера не прошла.

   — Профессор С., прочитайте, пожалуйста, эту заметку в «Известиях», — обратился к С., профессору анатомии Харьковского университета, один из студентов.

   Профессор С., которому после многих лет преподавательской работы пришлось бежать от большевиков в Болгарию, был теперь очень осторожен, хотя правительство Украины гарантировало ему личную неприкосновенность и удовлетворило его просьбу вернуться к прежней работе.

   — «На теле Ленина, обследованном профессором Абрикосовым, начали появляться признаки разложения», — прочитал С.

   — Что вы об этом думаете, профессор? — спросил студент.

   — Что же, мне представляется, что тело было забальзамировано крайне неумело и небрежно.

   Эти слова имели важные последствия. Час спустя профессора вызвали по телефону в Наркомат здравоохранения Украины. Он отправился туда, ничего не подозревая.

   Вопрос наркома удивил профессора:

   — Вы заявили, что тело Ленина плохо забальзамировано, не так ли? На чем основано ваше мнение?

   — Ни на чем не основано, — испуганно ответил профессор.