Извинений не избежать, лучше покончить с этим как можно быстрее. Она сейчас обижена и зла, но и его чувство вины в покое не оставит. Нужно поговорить с сестрой прямо сейчас.
Комната Снижаны находилась в другом крыле особняка, идти туда минут пять. Далековато для одного дома, но того требует статус. Их не поймут, если при их статусе семья Гусевых будет жить в обычном доме.
Идя к ней, он размышлял. Уже не первый раз Воробьева так с ним поступает, зная его отношение к ней. Да и что тут не знать, все очевидно. Девушка избалована вниманием противоположного пола и его скромные заигрывания не остались незамеченными. Но на взаимность и надеяться не стоит. Как же, он из рода Гусевых. Предатель. Кто захочет быть рядом с таким.
Поэтому вновь пойти на поводу этой вертихвостки было вдвойне глупо. И правда, нужно думать той головой, что на плечах. И забить на Воробьеву. В море еще много рыбы. Не захочет она, захочет другая. Решено.
Как бы начать разговор с обиженной сестренкой? Может, из шоколадки? В детстве всегда прокатывало. Но вот только мы уже не дети. Вряд ли, увидев шоколадку, она не пошлет его куда подальше.
Он может ее понять. Ситуация получилась не самая лучшая.
Уже на полпути его мысли переключились на другое. Сестра, как не крути, поступила правильно, не дав Бесонову убить Медведева. И он гордился ею в этот момент. Защитить обидчика не каждый способен. Большинство бы просто не вмешивалось, но не его сестра. Она думала головой, а не шла на поводу эмоций, не то что он.
Но, не стоит себе лгать, Кирилл бы не расстроился, если бы сестра не вмешалась. Насколько бы их жизнь стала легче, если бы этот урод исчез. Необязательно погиб, и простого перевода в другую школу достаточно. И, чтобы не говорил отец, он тоже так думает. Хоть его дети и близнецы, но Снежану он жалел больше. Соответственно, и за ее раны он больше переживал. Кирилл, все таки мужчина и наследник, должен переносить невзгоды стойко. Снежана же хрупкая девушка, которая нуждается в защите.
Конечно, с этого момента она лидер в нашей паре, но его это не сильно волновало. Еще с самого детства он и сестра были очень близки и всегда принимали решение вместе. Вряд ли что-то изменится теперь.
Комнаты близнецов находились рядом. Вот двери в ее комнату. Сделав глубокий вдох, парень несмело постучал.
— Снежка, ты у себя?
Конечно, она у себя, он точно это знает. Но сестра, как всегда, не спешила открывать двери.
— Чего тебе? Входи, незаперто.
Кирилл медленно открыл двери и заглянул в комнату. Сестра всегда болезненно переживала, если они проигрывали в драках. Поэтому он ожидал увидеть заплаканные глаза и милый, красный нос после разговора с мамой. Но Снежана в этот раз его удивила. На лице ни следа расстройства. Она сидела на большом подоконнике и задумчиво смотрела в ярко-голубое небо. Кстати, даже ему небо сегодня кажется красивым.
— Я тут это…
Как начать разговор, Кирилл, так и не придумал.
— Снежка, ну ты это…не серчай…
Девушка перебила неловкое извинение брата.
— Твои извинения, как всегда, оригинальны. Ты ради этого пришел?
— Да, я пришел извиниться, как всегда. Прости глупого брата. Ну что, мир?
Кирилл был готов выслушать очередную порцию обвинений в эгоизме, но, как ни странно, сестра даже и не подумала его упрекать.
— Кстати. Если мы будем ездить в школу на мотоциклах, как ты и хотел, ты будешь всегда мне отдавать мои любимые булочки с клубникой и земляникой? Если, конечно, успеешь купить.
У близнецов была своеобразная игра — тот, кто проигрывал в споре или уступал в чём-то, отдавал другому булочку с клубникой и земляникой. Они оба их обожали, поэтому булочки всегда являлись символом примирения и признания вины. Но, к сожалению, их любили не только близнецы. Эти булочки пользовались завидной популярность у школьников, и достать их было довольно-таки проблемно.
Кирилл растерялся. Сестра ведет себя совсем те так, как обычно. Разговор о мотоциклах он ну никак не ожидал.
— Если мы вправду будем ездить на мотоциклах, то булочки твои до конца месяца. Отец ведь не разрешает мне самомудобираться в школу на мотоцикле, он говорит, что мы должны все делать вместе.
— Два месяца.
— Хорошо, так тому и быть.
Кирилл неловко помаялся на месте несколько минут, не зная, что бы еще сказать. Снежана решила пожалеть брата и повернулась к нему с улыбкой на устах.
— Да расслабься ты, я тебя уже давно простила. Иди, играйся в онлайн игры с чистой совестью. И в школу я тоже буду ходить, не переживай. Мама разве тебе не сказала об этом?
— Нет, она пошла сразу к отцу.
— Ну тогда ладно. Иди уже.
Кирилл уже почти вышел из комнаты, как вдруг обернулся к сестре, держа дверную ручку в руках.
— Странная ты сегодня. В школу возвращаешься без скандала, на меня не сердишься. Что-то совсем ты на себя не похожа, сестренка. Не заболела случайно?
— Ну, на глупенького братика нет смысла сердится. Наверное, у всех братьев есть такая функция.
— Какая функция?
— Тупить. Разве непонятно.