Том понимал, что попасть можно через крышу, но забраться туда было почти так же трудно, как попасть в здание через главный вход. Нет, чисто теоретически он мог, конечно, воспользоваться специальным альпинистским оборудованием, попробовать зацепиться крюком, работающим под действием сжатого воздуха, но это было слишком рискованно. Это не американское кино, и нет гарантии, что титановый крюк не сорвется и не рухнет на тротуар с высоты четырех этажей.
Оставался один путь. Самый старомодный. Сложный. Придется залезать на крышу без всяких крюков. Том расправил лямки рюкзака на плечах, равномерно распределил тяжесть. Проверил, не видно ли кого на улице, и начал восхождение с правого угла здания, наиболее отдаленного от камер слежения, большинство которых были установлены у входа.
Для большинства людей гладкий фасад здания представлял бы непреодолимое препятствие, но Том знал, что дом старый, весь в трещинах и выступах. Требовались крепкие руки, острый глаз да прирожденное чувство равновесия.
Он начал двигаться вверх по стене, пальцы нащупывали один зазор за другим, крепко цеплялись, ползли выше, носки ступней находили опоры в старой кирпичной кладке.
Иногда попадалась декоративная полоска из белых кирпичей, выступающая на несколько дюймов, она немного облегчала продвижение.
Оказавшись на высоте примерно пятнадцати футов от земли, Том обогнул угол здания и добрался до толстой металлической водосточной трубы, выступающей в этом месте из стены и уходящей наверх, на крышу.
Внизу, откуда-то из-за угла, вывернула на улицу полицейская патрульная машина, медленно проехала мимо входа в музей. Том вжался в стену, распластался на ней. Оцарапал щеку о кирпич, левая нога застряла между водосточной трубой и стеной. Автомобиль проехал мимо, свернул вправо, к мосту, и вырулил на соседнюю улицу. Оторвавшись от стены, Том ухватился за трубу и полез наверх.
Через две минуты он перебросил сначала правую руку, затем левую ногу через выступ, подтянулся и оказался на крыше. Лежал там, распластавшись, несколько секунд, пытаясь отдышаться. Во рту пересохло, мышцы ныли. Над головой мелкими бриллиантами, рассыпанными на черном бархате, сверкали звезды. На мгновение Том даже позволил себе задуматься над тем, что делает. Как он ни сопротивлялся, но Арчи все же настоял на своем. Вероятно, Арчи прав. Как ни хотелось Тому верить обещаниям Дженнифер о том, что все можно начать сначала, доверять никому нельзя. Кроме себя самого.
Пискнули наручные часы, и он вернулся к реальности. Все идет по расписанию. Поднявшись, Том достал из рюкзака длинный черный шнур, быстро привязал его к парапету, отпустил, и теперь шнур свисал параллельно стене. Свитый из тонкого нейлона, он был практически незаметен в тени высокого дерева. С улицы его не видно, зато Том подготовил себе скорый путь к отступлению.
В этой части крыша была плоской, ее перестроили в начале шестидесятых годов: убрали изначальное треугольное возвышение для придания расположенным ниже галереям современного вида. С этой же целью на крыше устроили несколько застекленных люков, чтобы в галереи попадал естественный свет. Том подполз к одному из окон в самом центре крыши, присел на корточки. В дверях зала, находящегося прямо под ним, появились два охранника и начали осматривать просторное помещение, подсвечивая фонарями. Они развернулись и вроде собрались уходить, как вдруг один посветил фонарем вверх. Мощный луч света ударил снизу, осветив стекло точно прожектором. Том отпрянул и установил таймер на своих часах. Время отсчета пошло. В его распоряжении оставалось ровно сорок пять минут.
Из переднего кармана рюкзака он извлек миниатюрную стеклорезку. Приводилась она в действие с помощью электрической батарейки и, чтобы заглушить шум моторчика, была снабжена специальным устройством. С еле слышным жужжанием Том стал вырезать на гладкой поверхности стекла большой квадрат. Затем, отложив инструмент, Том достал из рюкзака две чашки-присоски с алюминиевыми ручками — каждая выдерживала вес около шестидесяти шести фунтов. Крепко прижав их к стеклу, он по очереди повернул черный пластиковый рычажок на каждой чашке, чтобы создать вакуум.
Настал момент истины. Если Том сделал хоть что-нибудь неправильно, стекло треснет и разлетится на тысячи осколков. Он легонько потянул за ручки, стеклянный квадрат отделился от основной части с громким противным хрустом.
Добро пожаловать в музей!
23.31
Кайл Фостер, находившийся на крыше здания напротив того, куда на его глазах пробрался Кирк, достал «ремингтон» из сумки и начал собирать. Просто ради развлечения он выполнял это с закрытыми глазами, как его учили на тренировочной базе в Форт-Беннинге, штат Джорджия.
Кайл установил ствол, вставил и присоединил ударный и спусковой механизмы. Приладил телескопический прицел, используя комбинированный гаечный ключ полудюймовой толщины, чтобы с его помощью надежно закрепить переднюю и заднюю кольцевые гайки. И, наконец, поставил затвор. Вставил обойму. Предохранитель. Неплохое вроде начало.