Людмила была достаточно хорошо осведомлена о нашей с Ольгой совместной деятельности по расследованию различных преступлений. Одно время мы с ней даже собирались открыть частное сыскное агентство, но потом решили, что от этого один геморрой, и остались сами по себе. Хотя по разным причинам частенько беремся за что-нибудь этакое.
- Так я поговорю? - уточнила я. Людмила утвердительно кивнула головой. Потом уронила голову на руки и зарыдала. Я вздохнула и наполнила ее рюмку водкой. Руки Людмилу не слушались, и мне пришлось буквально влить водку ей в рот.
Людмила выпила, стуча зубами о стакан, потом, задохнувшись, закрыла лицо руками и отвернулась к окну. Потом, отдышавшись, повернулась ко мне и схватила за рукав.
- П... Поля... - Язык у Людмилы уже заплетался. - Я.., тебе.., буду очень благодарна.., если ты поможешь найти этого.., этого...
- Я знаю, Люда, - мягко ответила я. - Не нужно больше ничего говорить.
- Нет, ты не поняла... - Людмила покачала головой. - Я не только на словах буду тебе благодарна. Я имела в виду, что обязательно заплачу. Я не знаю, какая у вас с Олей такса в день...
- У нас нет никакой таксы, - мягко перебила я ее, но Людмила снова принялась мотать головой.
- Нет! В общем... Зарабатываю я неплохо, ты знаешь. И мне теперь одной... Зачем они мне теперь, деньги? Девочку мою, конечно, уже не вернешь, но... Хотя бы найти того, кто это сделал! Тут уж я ничего не пожалею!
- Ты погоди, Люда, - пыталась остановить я ее. - Может быть, мне и делать-то ничего не придется! А Ольге тем более. Может быть, милиция и сама хорошо поработает, и все будет выяснено? Я просто попрошу Жору, чтобы он постарался ускорить этот процесс.
- Милиция! - фыркнула Людмила. - Чего они найдут? Больно нужно им!
- Ну это ты зря так, - теперь уж я покачала головой. - Они работают и, между прочим, нормально. Уж я-то знаю, поверь мне! Тем более это убийство это же не заказуха, которая практически нераскрываема. Думаю, здесь особых проблем не будет.
Я видела, что у Людмилы буквально закатываются глаза. Так, хватит на сегодня разговоров, пусть поспит, отдохнет. От такого горя и в самом деле можно с ума сойти!
- Людочка, мы все решили, и я, пожалуй, пойду. А ты отдыхай.
- Какой мне отдых... - пробормотала Людмила и посмотрела на бутылку водки.
Я набрала в легкие как можно больше воздуха, потом шумно его выпустила и четко, но мягко сказала:
- Люда! Тебе не нужно больше пить. Поверь мне! Я знаю, это звучит жестоко, но жизнь продолжается. Тебе надо выходить на работу, быть побольше среди людей. Время все лечит. А сейчас ложись спать.
Людмила потянулась к бутылке, но рука ее задрожала, и бутылка опрокинулась. Хорошо, что крышка была закрыта. Я успела подхватить бутылку на лету и со вздохом налила Людмиле полрюмки.
- На! - протянула я ей. - И - все! Ложись спать!
Людмила быстро выпила водку и стала клонить голову. Не долго думая, я подхватила женщину на руки - господи, какая же она легонькая! - и отнесла на диван.
Она что-то пробормотала, переворачиваясь на другой бок и свертываясь калачиком. Я невольно улыбнулась. Потом взяла свою сумку и пошла к двери. Захлопнув ее за собой, я несколько раз подергала за ручку, убедившись, что хорошо закрыла дверь, и пошла на улицу.
Проходя через подземный переход, я не увидела своей знакомой нищенки. Слава богу, мозгов хватило не тусоваться здесь больше. Зато теперь место ее занимал мужичонка с деревянной ногой и прищуренными глазами. Он изо всех сил делал вид, что почти слепой, но это ему плохо удавалось. К тому же от него за версту тянуло перегаром, поэтому денег ему я давать не стала. Хватит! Всем давать - сама по миру пойдешь! Я вот почему-то не стою с протянутой рукой, а работаю как каторжная!
Выйдя к вокзалу, я вскочила в подошедший троллейбус и поехала прямиком к Жоре Овсянникову, своему бывшему мужу, домой. Обычно я бываю у Жоры крайне редко. Потому что заканчивается это всегда одинаково. Впрочем, что у меня дома, что у него - какая разница? Но сейчас я ехала по важному делу, и мне было не до всяких ляля-фа-фа.
Жаль, что сегодня выходной, а то я бы поехала прямо к Жоре в отделение.
Овсянников был бодр и весел. Я поняла это потому, что из-за закрытой двери его квартиры доносилось мурлыканье какой-то песенки, на которые Жора был мастер. Вообще он очень неплохо пел и даже играл на гитаре. Собственно, мы и познакомились с ним в клубе любителей авторской песни, куда меня затащила сестрица Ольга. Жора был там фаворитом. С Ольгой он уже был знаком, а вот меня в тот день увидел впервые. И почему-то сразу влюбился.
Я много думала над этим: странно, почему именно в меня он влюбился, а не в Ольгу, мы ведь с ней близнецы. Почему на нее он не обращал внимания? Правда, Жора мне много раз пытался объяснить, что дело не во внешности, а в некой ауре, каких-то таких там флюидах, источаемых женщиной, но это Ольга его слушала и согласно кивала, а я как-то этой дребеденью не очень увлекаюсь.
