А Вика с Петей, судя по реакции зала, произвели фурор. Потратив на поиски костюма всё утро, Петя был жутко изнурён и думал, что выступит обычно – не лучше и не хуже, чем на репетициях. Но как только он оказался на сцене и увидел полный зал людей, жадно ловящих каждое его слово, Петю накрыло волной адреналина. Он сам не ожидал, что сможет с таким энтузиазмом последовать собственному совету валять дурака и веселиться. Вика, в сарафане, с красными губами и в цветастом платке, повязанном задом наперёд, с комичным узлом на лбу, быстро подхватила эту волну. Она тоже играла харизматичнее, чем на репетициях, хотя Петя не думал, что такое возможно. Благодаря огромному количеству репетиций они чувствовали себя на сцене абсолютно расслабленно и даже немного импровизировали, добавляя новые движения: закатывали глаза и тыкали друг в друга пальцами. В итоге на перепалках няньки и царя учителя хохотали до слёз. Несколько раз даже сами Вика и Петя едва сдержали смех, особенно когда нянька сказала царю:
– «Перед кем ты, старый бес, тут разводишь политес? Твой посол, я извиняюсь, третий день как с пальмы слез! Будь на ём хотя б картуз – не такой бы был кофуз. А на ём же из одежды – ничаво, помимо бус!..»
Во время репетиций на этих словах Вика указывала Пете на шею, но сейчас она, неожиданно, широким жестом указала Пете ниже пояса. Зал снова расхохотался, а Петя с картинным возмущением прикрылся мантией, чем вызвал ещё более громкий смех зрителей. У Вики, как и у него самого, начали подрагивать губы, и они резко друг от друга отвернулись, пытаясь проглотить рвущийся наружу хохот.
Несколько раз ребята всё-таки забыли слова, но очень естественно выкручивались, садясь на край сцены и делая вид, что любуются пейзажем или обдумывают сценическую ситуацию, пока Яна Сергеевна почти беззвучно им подсказывала с первого ряда. Петя, к своему ужасу, в одной из сцен случайно пропустил чуть ли не половину реплики, но смог не подать вида и закончить так, что никто и не заметил, чем заслужил беззвучные уважительные аплодисменты от Вики, когда они после этой сцены нырнули за кулисы.
Наконец прозвучали последние слова потешника-Бунько, и зал единодушно поднялся на ноги, купая их в аплодисментах. Ребята вышли на сцену и поклонились, с удовольствием слушая свист и вопли зрителей. Неожиданно Низовцев спрыгнул в зал и за руку вывёл на сцену Яну Сергеевну. Она, казалось, не хотела подниматься, но зрители зааплодировали ещё громче, и она всё-таки сдалась. Ребята вместе с Яной Сергеевной взялись за руки цепочкой, как настоящие актёры в конце спектакля. Держа в одной руке слегка дрожащую руку Мили, а в другой – тёплую ладонь Вики, Петя вместе со всеми поклонился в последний раз. Не отпуская Викиной руки, он с широкой улыбкой прошёл за кулисы.
– У нас получилось! – воскликнула Вика и обвила руками Петину шею. Он горячо обнял её в ответ. Постояв так несколько секунд, он мягко стянул с Вики жуткий платок и прошептал ей на ухо:
– Ты была великолепна.
Ему показалось, что она собиралась прошептать что-то в ответ, но тут на них навалился Трофимов.
– Общее фото! Немедленно, пока все в костюмах! – проорал он и стал подзывать остальных.
Вика медленно отстранилась, но Петя не позволил ей отойти, приклеив свою руку к её талии, пока остальные кучковались вокруг. Вика, кажется, была не против и спокойно стояла рядом, а когда все замерли для фото, она прижалась к Пете и прислонила голову к его плечу. Петя точно знал, что на этом фото он будет с самой идиотской счастливой улыбкой, совсем не подходящей царю.
После того как все сделали миллион фотографий друг с другом, девчонки побежали в гримёрку, а парни решили переодеться прямо за сценой. Снова облачившись в новогодний костюм, Петя собрал одноклассников и парней из одиннадцатого «Б», чтобы подготовить актовый зал к дискотеке. Они расставили ряды сидений вдоль стен, а огромную ёлку аккуратно передвинули в центр зала, дважды чуть не опрокинув. Когда ёлка заняла своё новое место, посыпались плоские шутки про хороводы и дискач для малышей. Но Петя понимал, что ёлка в центре – хорошая идея. С ней будет не так неловко танцевать в самом начале, когда народу ещё мало, пусть создаёт видимость заполненного пространства. Вика, вернувшаяся из гримёрки в коротком блестящем платье чёрного цвета, предложила и диджейский пульт поставить возле ёлки. После непродолжительных споров о том, на кой чёрт спускать диджейский пульт со сцены, Петя всё-таки уступил, и они с Низовцевым заново установили оборудование.
Петя намеренно тянул время и долго возился с проводами, чтобы задержать Ваню и Вику в зале. Наконец случилось то, ради чего он это делал, – включились громкоговорители и прозвучало объявление: учителей и ребят пригласили в столовую на праздничный обед. Вместе с теми, кто ещё был в актовом зале, включая Ваню и Вику, Петя поспешил на первый этаж и с удовольствием наблюдал за реакцией новеньких, когда те зашли в столовую и глаза их расширились от удивления.
