Бароны выглядят смущенными, все, кроме Кордей. Она, кажется, удивлена, но лишь слегка.
Услышав слова Орсо, Тигр садится на свое место, дрожа от ярости.
Мертвый барон демонстративно поворачивается спиной к Высокому столу. Он смотрит на зрителей, чад Двора чудес, которые с замиранием сердца следят за происходящим.
Затем поворачивается к Этти.
– Этой ночью девушка, одна из Тех-кто-ходит-днем, умрет и возродится среди Мертвецов. Этой ночью ты присоединишься к Отверженным, станешь чадом Двора чудес, дочерью Призраков.
Орсо разворачивает к себе Этти так, чтобы она смотрела ему в глаза, и спрашивает:
– Ты готова, девочка моя?
Этти в смятении ищет меня глазами. Она не знает, что ее ждет. Мне нужно было предупредить, но я не хотела ее пугать. От страха боль может стать только сильнее.
Я киваю ей, приказывая согласиться.
– Д-да.
– Умница.
Он стягивает серый плащ у нее с плеча и наклоняет ее голову, обнажая нежную кожу за ухом. К нам приближается Волк с длинным железным прутом в руках, конец которого раскален докрасна.
– Будет больно, – предупреждает Орсо.
Этти смотрит на меня широко раскрытыми от ужаса глазами. Я беру ее за руку.
Раскаленный прут прижимается к ее шее. Пошатнувшись, Этти вскрикивает от боли. Я поддерживаю ее, ощущая острый укол совести. Хочу прошептать: «прости», но Двор чудес не признает жалости. Волк отнимает железо от ее кожи, и она падает мне на руки. Я крепко держу девочку, пока все ее тело содрогается. Держу ее руки, когда она судорожно тянется к шее, чтобы расчесать кожу, которая сейчас будто пылает в огне. У нее по щекам текут слезы. Она всхлипывает.
И тут слышится песня. Сначала тихая, она все набирает силу, пока не воспаряет к потолку над нашими головами.
Все больше голосов присоединяются к хору, они звенят в воздухе, наполняя весь огромный зал, вместе с тем сливаясь в один.
Этти постепенно перестает всхлипывать. Время от времени она все еще вздрагивает от боли.
– Хватит плакать, милая, – говорит Орсо. – Я знаю, тебе больно, но сейчас не время для слез. После боли наступит великая радость.
Он делает мне знак. Я увожу Этти со сцены, избегая смотреть на Тенардье. Орсо устраивается на ступеньках, ведущих к сцене. Призраки собираются вокруг него как тени. Они расступаются, освобождая для меня место. Я сажусь среди них, а они начинают что-то бормотать, глядя на метку на шее Этти. Она кладет мне голову на колени, а я глажу ее по золотым кудрям. Этти дрожит. А может быть, это я дрожу. Теперь уже не разобрать.
Лицо у Тигра – бледное и напряженное. Песня смолкает, и повисает тишина. Все глаза направлены на Орсо.
Он широко улыбается и поднимает руки.
– Ну что же вы, откуда такая печаль? Я думал, мы будем праздновать мое возвращение.
Опять слышится музыка. Толпа Призраков, Игроков и Воров поет под звуки старого пианино.
Рядом с Орсо появляется Волк с кубком вина. Все вдруг начинают смеяться и болтать. Гиены спускаются со своих мест в верхних рядах, насильно хватают себе партнеров и кружат их в своих безумных танцах.
Этти поднимает на меня глаза. Она перестала дрожать.
– Я теперь в безопасности, правда?
– Да, – говорю я. – Теперь они не могут причинить тебе вреда.
И теоретически это правда. Теперь ее защищает Закон. Но Тигр смотрит на Этти голодными, суровыми глазами. Он никогда не славился особым уважением к Закону.
Томасис перехватывает мой взгляд. По легкому движению его головы я понимаю, что он хочет со мной поговорить. Выбираюсь из толпы Призраков и подхожу к нему с виновато опущенной головой. Он наклоняет голову и проницательным взглядом изучает мое лицо. Цепи и ожерелья на его шее сверкают в свете свечей.
Он начинает говорить, так тихо, что только я способна услышать его слова.
– Справедливость как огонь прожигает тебя до костей. Закон тяжким бременем лежит у тебя на сердце. – Он протягивает ко мне твердую руку и проводит пальцем по краю моего лица, по щеке и за ухом, остановившись на метке нашей гильдии на шее. – В свое время ты станешь хорошей баронессой Воров.
Я вздрагиваю, испугавшись его слов. Я не хочу быть баронессой, Томасис – барон моей гильдии, мой Отец при Дворе чудес. Думать о чем-то другом просто кощунственно.
– Я не всегда буду рядом, Котенок, – говорит он, будто прочитав мои мысли. Его глаза удивленно сверкают при виде выражения моего лица.
