Мне казалось всегда, что писательОчень нужен на этой землеИ что я для Вас, мой читатель,Как тепло, как еда на столе.Но какое Вам, в сущности, делоДо того, что я стать хотелаДругом Вашим, опорой в борьбе,Утешеньем в горькой судьбе.Вот пишу я черным по белому,По щемяще до слез сожалелому,Без утайки и без прикрас,Откровенно, как в смертный час, —Обо всем, что я не сумела,Как горела душа и болела,Как томилась и как всецело —Вами, с Вами, о Вас, для Вас.<p>«Помурлычь, Серокошка-Краля…»</p>Помурлычь, Серокошка-Краля,Уложив на макушке ушки,Помурлычь на моей подушке,Отгони болезнь и печали.С каждым вздохом глотаю бритву,Ненавижу Блеза ПаскаляЗа его дурную «молитвуОб использовании болезни».Что болезни еще бесполезнейИ бессмысленнее страданья?«До свиданья, ночь! До свиданья!»Как шальные, кричат петухи.В этот час таинственно-ранний,В час томительных воспоминанийЗаклинаю страданье: – Исчезни!И чтоб мне простились грехи,Превращая болезнь в стихи.1949<p>«– Вам надо уехать в Египет…»</p>– Вам надо уехать в Египет —Вам вреден Париж весной,Вам это совсем не по силам.– Ах, доктор, старик смешной!За окнами дождик сыплетС упрямою косизной,Как скучно лежать больной!…А ласточки в теплом Египте,В шуршаньи стотысячекрылом,С мечтою на каждом крыле,На север готовы лететь,И Нил плодотворным иломРазлился на целую треть.– О, любите меня, любите,Удержите меня на земле,О, любите меня, любите,Помешайте мне умереть!1949<p>«Вот палач отрубил мне голову…»</p>
