Дети с цветами в руках выстраивались в очередь. Они, как и взрослые, были одеты в яркие, струящиеся одежды. Взглянув на свою коричневую шубку и сапоги, я все-таки присела, чтобы сорвать несколько белых цветов — им не было никакого дела до зимы вокруг. Мама рассказывала, что некоторые фейри создают их с помощью магии. Может быть, цветы выросли из-за волшебных танцев?
Опустив голову, я пристроилась в конец очереди. Она двигалась быстро, но я успела понять: если бы мама знала, куда я пошла, она бы легко меня высмотрела.
Поздно! Может, если я подойду к тому человеку достаточно близко, синева вернется и я смогу спросить, что это такое было?
Улыбаясь в предвкушении, я почти дошла до моста, впереди осталось всего несколько детей. Красивая женщина приняла их цветы с улыбкой, от которой у меня перехватило дыхание. Подняв голову, посмотрела на меня и моргнула.
Ой, нет, я слишком плохо одета! Меня прогонят?
Я начала переминаться с ноги на ногу, но она просто заговорила с мужчиной-фейри в золотом шлеме, стоящим позади нее. Тот склонил голову, и она снова стала принимать цветы.
Кроме меня осталось трое детей.
Двое.
Один.
С трудом переступая замерзшими ногами, я приблизилась. Не в силах встретиться с женщиной взглядом, протянула три белых цветка и сказала:
— Вы хорошенькая.
Она улыбнулась и приняла цветы.
— Спасибо, дитя.
Ее голос походил на перезвон колокольчиков. «Как можно говорить так мелодично?» — пронеслось у меня в голове. Я посмотрела на мужчину рядом с красавицей — теперь, когда он был так близко, его лицо казалось намного суровее. Мне оно не понравилось. Мне захотелось к маме.
Вздернув подбородок, я поспешила прочь, чтобы убраться от него подальше, но кто-то бросил камень мне под ноги. Споткнувшись, я отшатнулась в сторону и схватилась за перила моста. И вдруг они как будто изогнулись, а потом растаяли. Больше не за что было хвататься, и я головой вперед полетела в реку.
У меня вырвался отчаянный вопль, потому что за считаные секунды перед тем, как вода сомкнулась над моей головой, меня охватил страх. Этот страх каждому ребенку вроде меня внушали с детства.
Вода на нашем острове смертельно опасна. А зимняя вода опаснее всего.
Я погрузилась в нее, и все исчезло.
Исчезли верх и низ. Свет. Воздух. Связные мысли.
Моя шубка тянула меня ко дну и в то же время смягчала удары, когда вода швыряла меня о подводные валуны. Мои легкие сжались, я пыталась шевелить руками и ногами, как показывала мама… Плыть. Я должна плыть!
