– Ты немножко задремал, – сказала Скайлар.
– Надо идти, – заторопился Элдвин. Беззвучная мольба королевы не давала ему покоя.
– А пообедать как же? – недоуменно спросил Гилберт.
– Времени нет на мытье посуды, – ответил кот.
– Наших преследователей что-то не видно, может, лучше выждать еще? – задумчиво произнесла Скайлар.
– Придется рискнуть, – заявил Элдвин.
Собрав незатейливые пожитки, фамильяры вернулись на тропинку.
– Гилберт, а тебе разрешили взять это? – осведомилась Скайлар.
Элдвин присмотрелся: на плече у лягуха сидел слизень.
– Ой, да кому какое дело до крошечного слизнячишки, – махнул лапой Гилберт.
Троица шагала по Пути контрабандиста на запад, в направлении пиков Кайласы.
– Вот выйдем из леса, и я сотворю новую иллюзию, – размышляла вслух Скайлар. – По равнине мы до Эбса быстро доберемся.
– А в этот раз мы кем будем? – поинтересовался Гилберт, ловя мух языком. – Козлом? Лисицей? Или очень-очень маленьким пони?
И он заглотил целую пригоршню мушек разом.
– Подумываю насчет свиньи, – чирикнула Скайлар, неодобрительно глядя на недожеванных мух, выпадающих из Гилбертова рта.
В обычное время Элдвин от души посмеялся бы над этим разговором, но сейчас даже не улыбнулся.
– Все хорошо, Элдвин? – спросила Скайлар. – Ты как проснулся – на себя не похож.
– Я видел сон, – признался кот. – О Лоранелле. Она вроде бы звала меня, просила о помощи. А я никак не мог до нее добраться.
– Мы делаем, что можем, – попыталась подбодрить его Скайлар.
– Она пыталась мне что-то сказать, но слова не звучали, а выписывались в воздухе буквами. И сразу же разлетались.
– Из Края Грез к нам часто доходят послания, – покачала головой сойка. – И не всегда мы можем понять их. В тех землях, где мы странствуем во время сна, обычные законы не действуют.
– Я что-то слышу! – испуганно прошептал Гилберт. – Прячемся скорее!
– Незачем прятаться, – спокойно отозвалась Скайлар. – Помнишь, что сказал фейри? Лес не выдаст тех, кто ищет в нем убежища.
Сойка отлетела на обочину тропинки, чтобы на нее не наступили ненароком. Элдвин и Гилберт последовали за ней. Навстречу фамильярам вылетела из-за поворота вереница всадников в черных доспехах – Сумеречная Стража. На первой лошади восседал большеглазый лемур. Волшебный дар этих животных в том, чтобы видеть сквозь предметы, – скорее всего, этого взяли в Стражу в качестве разведчика. Лемур водил головой влево и вправо, пристально изучая лес. На спине второго скакуна устроились Навид и Марати; за ними ехали еще несколько Стражей.
Лемур поднял лапу, давая отряду знак остановиться. Кони стояли в каком-то метре от фамильяров, но всадники не видели беглецов. Лес свое дело знал.
– Что-то мелькнуло вон там. – Лемур указывал на заросли густых деревьев. – Что-то голубое.
Марати спрыгнула с коня и стремглав кинулась в чащу. Ее товарищи тем временем стягивали со спины палки-арканы.
Мангуста вернулась со здоровенным голубым пером.
– Для пера Скайлар великовато, – сказала она.
– Наверно, попугай обронил или скакун пикси, – предположил сидевший на лошади Навид.
– Даже если они тут, не век же им прятаться, – заметила Марати. Проходя мимо, мангуста почти задела белым хвостом Элдвинову лапу. – Поехали дальше.
Кобра свесила хвост, помогая мангусте подняться на лошадь. Отряд поскакал на восток, а фамильяры так и остались прятаться под пологом чудесного леса.
– Говорила же я: лучше выждать, – хмыкнула сойка.
– Ну да, зато теперь мы знаем, что Стражи уехали в другую сторону, – кивнул Элдвин.
Больше на Пути контрабандиста фамильярам никто не встретился. Во всяком случае, никто видимый глазу.
