– Вы ошибаетесь, – с металлом в голосе возразил Второй. – Когда все носят маски, ошибиться довольно легко.
– Если тут и произошла ошибка, она к лучшему, и я предпочитаю именно эту милую собирательницу цветов. Будьте так добры, извините нас.
Второй был сама любезность:
– В самом деле, мой добрый друг, ваша настойчивость уже превышает границы приличий. Неужели вы не видите, что мешаете?
– Не думаю. На празднике, где ощущения бьют по обнаженным нервам, где бродит сама Смерть, мудрость заключается в уступчивости. Взгляните на ту женщину! Она горит желанием обсудить ваши затруднения. Почему бы вам не присоединиться к ней и не открыть ей свое сердце?
– Но это вас снабжает, – упорствовал Второй. – Удалитесь.
Джерсен повернулся к Зан Зу:
– Похоже, выбор предстоит сделать вам. Беседа или цветы?
Зан Зу заколебалась, переводя взгляд с одного на другого. Второй не сводил с нее горящих глаз. «Выбирай, если вообще возможен выбор между этим хлыщом и мной. Но выбирай очень осторожно». Зан Зу задумчиво повернулась к Джерсену:
– Пошли собирать цветы!
Второй поглядел на Наварха, будто собирался воззвать к его помощи, затем передумал и удалился.
Девушка спросила:
– Вы и вправду хотите собирать цветы?
– Ты знаешь, кто я?
– Конечно.
– Я не очень хочу собирать цветы. Разве что ты захочешь?
– О… Но тогда чего вы хотите?
Джерсен обнаружил, что на этот вопрос трудно ответить.
– Я и сам не знаю.
Зан Зу взяла его за руку:
– Тогда пойдем поищем цветы и, возможно, выясним это.
Джерсен оглядел гостей. Второй издали следил за ними. Первый и Третий не проявляли никакого интереса. Джерсен и девушка вышли из-под деревьев, Зан Зу все еще держала спутника за руку, тот обнял ее за талию, она вздохнула.
Второй быстро передернул плечами, и это движение, казалось, вернуло ему энергию. Он подошел к Джерсену быстрыми скользящими шагами, в его руке было маленькое оружие. Краем глаза Джерсен заметил, что позади стоял Наварх, вся фигура которого выражала дикое веселье.
Джерсен толкнул Зан Зу на землю и укрылся за деревом. Второй остановился. Он повернулся к Зан Зу и, к удивлению Кирта, направил на нее оружие. Джерсен выскочил из-за дерева и ударил по руке мужчины. Оружие выплюнуло в землю пучок энергии. Соперники вперили друг в друга горящие ненавистью взгляды. Раздался резкий свисток. Из лесу послышался треск веток, тяжелый топот, и глазам гостей предстала дюжина жандармов во главе с лейтенантом в золоченом шлеме и разъяренным стариком в серой парче.
Наварх поспешно выступил вперед:
– Чем объясняется подобное вторжение?
Низенький толстый старичок выскочил вперед и схватил его за руку:
– Какого черта вы тут делаете, в пределах моего частного владения? Вы мошенники! Да еще эти голые девки – полный скандал!
Наварх суровым голосом вопросил лейтенанта:
– Кто этот старый жулик? Какое право он имеет вторгаться в мои частные владения?
Старик шагнул вперед, разглядел ковер и побледнел:
– О боже! – прошептал он. – Мой бесценный шелк! Сиккимский ковер! Эти мерзавцы уселись на него! И мои уникальные бахадурские кресла! Что еще они украли?
– Чушь! – бушевал Наварх. – Я арендовал это владение вместе с мебелью.
Собственник, барон Каспар Хельми, сейчас находится в санатории для поправки здоровья!
– Это я – барон Каспар Хельми! – заорал старик. – Уж не знаю, кто вы такой, сэр, под этой чудовищной маской, но ручаюсь, что разбойник!
Лейтенант, выполняйте свой долг. Уведите их всех. Я настаиваю на подробнейшем расследовании.
Наварх простер руки к стражу порядка и изложил проблему с дюжины различных точек зрения, но лейтенант был неумолим:
– Боюсь, я должен арестовать всех вас. Барон Хельми сделал формальное заявление.
Джерсен, стоя в стороне, наблюдал за происходящим с огромным интересом, одновременно следя за передвижениями Первого, Второго и Третьего. Виолю Фалюшу – а это, скорее всего, Второй – сейчас приходится жарко: стоит ему попасть в суд, как его личность тут же выяснится.
Первый выглядел суровым и непреклонным. Второй выжидал, поглядывая по сторонам, а Третий не только не взволновался, но даже развеселился.
Тем временем лейтенант арестовал Наварха, обвинив его в нарушении границ частного владения, воровстве, оскорблении общественной морали и простом хулиганстве – Безумного Поэта только что оттащили от барона Хельми, которого тот собирался стукнуть. Жандармы заталкивали гостей в пару полицейских машин. Второй пристроился к краю группы и, пользуясь возмутительным сопротивлением Наварха, ускользнул за дерево. Джерсен поднял крик, и парочка жандармов, повинуясь приказу начальства, кинулась за беглецом. Тот отпрыгнул. Вспыхнул луч света, другой, и оба жандарма легли мертвыми. Второй метнулся в лес и скрылся из виду. Джерсен было последовал за ним, но через сотню ярдов остановился, боясь заблудиться.
Содрав маску, он побежал к полукруглой стойке у водоема, где нашел и натянул свой плащ, и переправился в лодке через озеро.
