— Да, никто. Особенно те котлеты, — взгляд был очень осознанным, каким должен быть, но парень смотрел в стол. А потом…
Сказка закончилась: карета превратилась в тыкву, а эмоции растворились в воздухе. Но не потому, что Кайто не мог испытывать их без усилий, а просто — он почему–то почувствовал стыд или печаль.
— Кайто–кун, понимаешь…
Внезапно Даичи протянул дворецкому кружку, и тот сорвался, чтобы налить ему горячего напитка. Отхлебнув его, врач заговорил не самым уверенным, но внимательным тоном.
— Те люди хотели создать бесплатную рабочую силу, восстановить времена рабовладения, — лицо парня окончательно опустело. Он смотрел в стол, но слушал внимательно, — Но ты человек, Кайто–кун. Любой обычный дворецкий — человек, который сам согласился на работу и получает за это зарплату.
Карман дворецкого тихо зашуршал. Оттуда на стол легли несколько купюр.
— Вчера… сказали, что я тут уже две недели…
— Видишь? Они не воспринимают тебя, как обязанного на них работать. Ни Гиндзо, — парень медленно поднял глаза, — Ни Аоко–тян.
Взгляд Кайто заблестел, выражая вопросительное «да».
— Вы попали в отвратительное место, и моя работа… Да и сам мечтаю вытащить вас из этого состояния, — психиатр широко улыбнулся, — И Аоко–тян думает о том же.
Взгляд дворецкого вновь упал в стол. Ещё две минуты кухня оставалось тихой, а потом парень открыл рот. Сначала его тон был механическим, а определение, которое он упоминал, было зазубренным:
— Если вы занимаетесь такими, как я, и получается мной, — Даичи посмотрел на Кайто с немым вопросом, отхлёбывая ещё один глоток кофе. Парень сменил тон на неуверенный, — Я могу с вами поговорить?
Мужчина опустил кружку и оттолкнул от себя, хотя в ней оставалась половина кофе. Последний бутерброд тоже был забыт и убран подальше. Не до еды.
— Да, я слушаю, — Кайто рефлекторно улыбнулся.
— Спасибо, — поколебался и сказал следующее, — Знаете, я должен сказать, что первым был не тот момент, когда она защитила меня, а когда я просто её увидел. Это было слабо, но у неё было удивительное выражение лица, которого я ранее не видел.
— Доброе? — дворецкий перекрестил руки.
— Не уверен. Я заметил много людей на улице в тот же день, но у неё совсем другое лицо. Это нельзя объяснить.
Даичи лишь кивнул. Такому поведению можно было найти несколько оправданий, но парень ещё не закончил.
— А потом тот случай в переулке. После него я всё ещё не могу ничего не объяснить, но я понял, что Аоко–сама особенная.
— Ох, — Кайто слабо кивнул, — Привязанность — часть вашей программы, но если ты заметил в ней что–то особенное сам, то это хорошо. А какие мысли это у тебя вызывет?
— Я хочу остаться здесь и продолжать работать с ней.
Мужчина улыбнулся. Недавно он говорил или, в случае некоторых, пытался говорить с дворецкими из той школы. Некоторые из них не говорили, а другие вспоминали школу: с печалью, грустью, ненавистью, но не замолкали о ней. А Кайто, казалось, после случая с Сагуру ничего не вспоминал. И психиатр не хотел лишний раз напоминать. Парень и так, казалось, шёл на поправку в этой мирной семье. Его можно только похвалить
— Молодец, это твой выбор. Хотя я так же говорил в клубе по борьбе, а потом ушёл, ха–ха.
— По борьбе? — врач повернулся. Кайто смотрел на него с сияющими глазами.
— А, да, по молодости хотел стать реслером… Там только драки и драки. Молодость!
— Даичи–сан.
Взгляд Кайто внезапно снова оживился. В его глазах теплилось что–то похожее на желание и небольшая решимость.
— Вы можете научить меня драться?
— Ааа, так вот почему ты много пил. Что ж, пойдём! Давно не видел спортивную комнату Гиндзо…
Комментарий к 15. Как растить розы?
Да, тут небольшой таймскип на неделю. У Аоко плотный график занятий в академии)
Глава короткая, но, что ж…. С этой недели буду сильно занята, так что точно не знаю, когда выйдет новая(
Но случится ещё много всего, хе-хе :)
Что бы Вы бы хотели увидеть?)
========== 16. Другая семья - другие нравы? ==========
Ещё три дня подряд Кайто занимался со «старым бойцом» Даичи, пока Накамори сходил с ума от нового дела, Аоко — от напряжённого урока боевой подготовки, а Кид изредка мешал тренировкам своим слабым мяуканьем. На четвёртый же день, в обеденный перерыв, парень обессилено слёг на стол. Врач лишь посмеялся и добровольно взялся за готовку. Правда, не смог приготовить ничего лучше обычного омурайса, зато вкус вышел сносным (ещё бы одинокий отец четырёх сыновей не научился готовить).
— Вот, — от перенапряжения дворецкому было без разницы, что есть. Но он отметил: вкус был самым простым: не ресторан, и, тем более, не стряпня Аоко. Зато насыщало организм.
— Спасибо.
Одна ложка, другая… и внезапный звонок во входную дверь. Повинуясь рефлексам, парень готовится встать, но врач прерывает его. Он сам выходит из кухни, чтобы встретить гостя. Тут простой замок, который висит и у него дома, потому же через несколько секунд мужчина смотрел в глаза женщины.
— Ч… ТЫ?!
— Здравствуйте…
Появление бывшей жены Накамори всегда вызвало у Даичи лёгкий испуг.
