– Иду, иду, – проскрежетал старческий голос из-под высокой деревяной стойки, а потом оттуда выбрался сухонький невысокий старичок. – Неужто сама наследница рода Рауф пожаловала в мою скромную лавку? Болтун Фил забегал ко мне, рассказывал о визите высокородной леди в порт, но я не поверил, а тут и правда вы. Сияете, как звезда на небосводе. Для меня честь встретить вас, мисс Рауф. Будет о чём потрепаться с соседями за чашкой чая, – поправив на орлином носу толстые линзы магических очков, сказал старый Бэн, обращаясь к Милене.
– Благодарю. Мне так непривычно, что все меня здесь знают. А вот я только знакомлюсь с вашим городом и миром. Кстати, на портовую площадь мы приехали, чтобы побывать в вашей лавке. Наш дворецкий мистер Нуар заверил, что если я где-то и смогу найти для себя флейту, то только у вас, – с милой улыбкой отозвалась девушка.
– Эх, вы не представляете, какое счастье для старика слышать такое. Этот магазинчик – вся моя жизнь. Я много лет скупал у матросов разные диковинки. Слышали бы вы, как иногда супруга моя – миссис Озери кричит на меня, что только мне старому и нужен весь этот хлам. Но это не просто вещи, у каждой есть своя история. Пойдёмте, я покажу то, что вас может заинтересовать, – махнул сухонькой рукой старый Бэн, увлекая нас к одному из стеклянных прилавков.
– Тут у меня хранятся сувениры из далёкой Мальты. Посмотрите какая яркая эмаль, а какая искусная роспись. Чистое серебро, – хитро стрельнув на меня глазами, сказал торговец.
– Очень красивый чайный сервиз, – сдержанно похвалила Милена, поглаживая тонкими пальчиками пузатую серебряную чашечку, инкрустированную яркой эмалью в виде маленькой экзотической птицы.
Также там имелся большой поднос, заварной чайник и ещё одна чайная пара в одном стиле. Комплект и вправду был великолепным, хоть цена в двести золотых и была немалой. Немного подумав, я сказал:
– Мы покупаем его. Этот сервиз станет достойным украшением Рауфхолла, а теперь покажите моей хозяйке то, зачем мы приехали.
– Ох, как чудесно! Старая миссис Озери будет довольна своим непутёвым мужем, сейчас всё упакуем, – пожилой маг взмахнул рукой и сервиз поднялся в воздух и проплыл до стойки, где уже стоял большой инкрустированный в том же стиле футляр из драгоценного красного дерева. – А флейта у меня всего одна. Её нет на прилавке. Как знал, что настанет и её день, – пробормотал себе под нос старик, открывая потайной ящик на том прилавке, куда он нас привёл.
Там, завёрнутая в кусок мягкой замши лежала обычная с виду флейта, но почему-то она очень понравилась моей хозяйке.
– Какая красивая. Идеальная. Сколько вы за неё хотите? – спросила девушка любовно касаясь музыкального инструмента.
– Сразу виден настоящий талант и глаз мастера, но эта вещь не продаётся, – ответил старик и Милена тут же поникла, а я гневно посмотрел на торгаша.
– Мне её подарил один мальчишка. Сказал отдать достойному. Я дарю вам эту флейту, милая леди, но если вам не трудно, то уважьте старика – сыграйте мне. Хочу хоть раз услышать игру кого-то из рода Рауф. Говорят, после этого и умереть не страшно, – раньше, чем я успел что-то ему сказать, отозвался старый Бэн.
– Ох, спасибо! Конечно, я сыграю, – пообещала моя леди, а потом протёрла мундштук краешком рукава и поднесла к губам.
Инструмент и правда оказался непростым. Стоило Милене его коснуться, как серебристую поверхность испещрили светящиеся магические узоры, а музыка звучала так громко и чисто, что проникала в самую душу. Я уже дважды слышал игру будущей графини, но эта мелодия отличалась от других: душа девушки больше не рыдала. Музыка не кричала о чувствах, она как будто рисовала перед моими глазами картинку с искрящимся в лучах солнца морем, с шелестом порывистого ветра, с узкими улочками пёстрого Эленпорта, а когда мелодия утихла, то я увидел плачущего от счастья старика.
– Спасибо. Ох, спасибо вам, госпожа, – проскрипел старый Бэн, но Милена была слишком поглощена флейтой.
Расплатившись с торговцем, я забрал сервиз и повёл свою драгоценную хозяйку к карете.
Кристофер Нуар
В голубом небе ярко светило весеннее солнце, ярко зеленела молодая трава на склонах Рауфхолла, с моря дул лёгкий морской бриз, принося прохладу и свежесть, а я сидел прямо на траве и прикрыв глаза слушал очередную чарующую мелодию.
Рядом в загоне громко фыркал огромный вороной жеребец, но стоило музыке утихнуть, как конь снова начинал гневно ржать и бить копытами, чтобы поскорее прогнать нас с той территории, которую зверь считал своей.
– Ничего не получилось. Наверное, я всё-таки бездарная. Как я буду помогать людям, если у меня даже с конём ничего не выходит? – сокрушалась моя глупенькая хозяйка.
Она удручённо разглядывала гаснущие символы на своей новой флейте и нервно кусала розовые губы.
