— А вы, как я посмотрю, знаете всё о сильнейших, — опять же, аккуратно пробормотал я. — И что же вы выбрали? Из всех зол самое меньшее?
— Я вообще ничего не выбрал, — толстяк потянулся и встал со стула. — Пойдём, после обеда нужно разогнать белок по организму.
Я послушно встал со своего места, взял свой поднос и отнёс его на ленту, которая увозила посуду в мойку. Обернулся, увидел недовольное лицо носителя, который пальцем тыкал в свой поднос, и, показывая всё своё возмущение, отнёс и его поднос, что вызывало у мужчины улыбку.
— Ты не подумай, девиант, — начал он, разбивая моё «инкогнито» одними словами, — я не настолько чёрствый хрыч, который любит командовать, просто для людей здесь, я — ректор другого заведения, а ты — студент. Не забывай, что ты похож на человека среди других людей. Как только они станут замечать в тебе другое, наш секрет раскроется.
— Я даже не задумываюсь об этом, — честно признался я. — Не вижу смысла.
— Это признак сильного носителя, — ответил он, — который начинает испытывать скуку. Причём все остальные, даже те, кто считают себя излишне мощными, машинально пресмыкаются перед людьми. Машинально ведут себя, как люди в толпе других, обычных. А сами, того не понимая, показывают лишь свою слабость. Понимаешь, о чём я?
— Они слишком пытаются выделиться, показывая своё превосходство перед людьми, что, сами того не замечая, ведут себя, как это стадо, — отчеканил я.
— Верно. А те, кто стараются максимально быть непохожими на людей, слабее всех остальных. Даже несмотря на его навыки.
— Как это?
Мы вышли из столовой и направились в сторону выхода.
— У них есть сомнения в сердце и в голове. А сомнения — яд для организма. Кстати, — он приветливо кивнул кому-то из преподавателей, — напиши своей девиантке о том, что ты прогуляешься со мной. Вечером тебя привезут домой.
— Девиантке?
— А ты что, Ярослав, думаешь, — улыбнулся тот, — что я не умею различать носителей и их типы? — он вдоволь расхохотался и даже смахнул с века невидимую мне слезу. — Уморил, наёмник, уморил.
Я был готов к любому месту, в которое бы повёз меня Валерий Валерьевич, будь то склад, мясная бойня, или ресторан… да даже в кино, но тот выбрал главный офис нашей судьи. Причём внутри этого величественного здания он вел себя как начальник, гоняя всех и вся. Даже ту же судью он попросил удалиться с помещений хранения и увести за собой весь персонал.
Та, хоть и попыталась мимолётно поспорить с ним, но ему было достаточно повысить голос, как от той след простыл.
Вот тебе и раз… вот так и растворяются авторитеты в твоих глазах, когда приплывает рыбка покрупнее.
— Я предлагаю сразу расставить все точки над «и», — заговорил он, когда за последним охранником, который, по чистой случайности, был боевым магом огня, да ещё каким. — Я знаю, кто ты и что ты творишь. Я вижу тебя насквозь, и поверь, мне наплевать, чем закончится твоё стремление стать чем-то больше, чем просто носителем симбионта. Так же наплевать, как и на твоего будущего, покойного начальника, который думает, что сможет скрыться от преследователей.
— Преследователей?
— Да. За ним вышли очень именитые наёмники со всей страны. Цена за его голову обещана в размере чуть ли не получения места в верхушке городской власти. Место в совете и полная реабилитация после жизни наёмника.
— Реабилитация?
Мои однотипные вопросы уже начали его раздражать. Он покосился на меня, сощурился, как бы моля, попросил:
— Только не заставляй меня объяснять тебе каждое слово. Ты парень умный, сам всё понимаешь.
«Не играй с ним в эти игры, — тут же отозвался Сумкин. — И не смотри ему пристально в глаза, он может прочитать, что творится в твоей голове!»
«А ты поймёшь, если он залезет в мою голову?»
«Разумеется. Мне тут и так тесно, а чужую силу я почувствую даже в таком состоянии… даже не знаю… я жидкость, или какой-то газ?»
На дурные размышления Фёдора решил не обращать внимания. И не стал засыпать вопросами этого телепата. Просто внимательно следил за всеми его действиями.
Как я и предполагал, он пошёл к ячейке, которая уже и так была открыта. Что-то потрогал внутри, недовольно пробурчал и повернулся ко мне.
— Любой сильный телепат умеет считывать остаточную энергию. Будь то физическая способность мутанта, точнее, след от его удара, слюны или яда, и будь то магическая сила.
— Я боюсь задать глупый вопрос, — улыбался я, — но физическая способность мутанта на то и физическая, что с неё можно взять только отпечатки. Или же увидеть конечный результат.
«А ещё можно увидеть силовой импульс, — прокомментировал Федя. — Любой физический удар мутанта, заставляет колебаться мышцы. Как свои, так и противника. Эти колебания можно считать, если они были от действительно сильного мутанта. Слабые, на то и слабые, что не развиты так же, как любой другой силач».
«А скорость?»
«Скорость — это тоже колебания, но в воздухе. Когда ты бежишь на сверхскоростях, перед тобой как бы пропадает трение. Воздух расступается и действительно грамотный следак, если так можно назвать сильного телепата, может увидеть остаточный след».
