Лидия вошла в душевую кабину и, повернув лицо с закрытыми глазами вверх, провела рукой по управляющему элементу заклятья, задавая напор. Только для того, чтобы мгновенье спустя отпрыгнуть обратно с диким визгом. Все хорошее отношение к мужу испарилось в мгновение ока — проклятый Абель опять отключил обогрев, оставив только холодную воду!
Цедя себе под нос ругательства и радуясь дополнительной звукоизоляции ванной комнаты, мрачная мокрая Лидия выключила душ и принялась настраивать температуру поступающей жидкости. Нет, ну как можно быть таким внимательным и таким рассеянным одновременно?! Этому «мечнику» не то что рудники — управление бытовыми чарами собственного дома доверить нельзя!
Ла Абель Гнец
В тренировочном зале я появился чуть раньше обычного. Однако Сильвия уже была там, избивая манекен с меланхоличным выражением лица.
— Опаздываешь, соня, — приветствовала она меня, проводя серию ударов в голову и корпус неподвижной фигуры. — Я уже минут пять от безделья маюсь.
— Ничего не знаю, я вовремя. И вообще, у меня уважительная причина. — Последнюю фразу я позаимствовал у Штефана, кажется, даже научившись вставлять ее к месту.
— Это та самая, которая вчера увела тебя под локоток сразу после ужина? — хмыкнула Сильвия. — Не буду спорить, очень уважительная. — Жена резко сблизилась со мной, пытаясь достать ногой в живот. — И спереди уважительная. И сзади. — Закончила она свое выступление особо размашистым ударом.
— Не знаю. — Я не очень понял смысла ее высказываний и решил не поддерживать странное обсуждение. — Женщина как женщина. Обычная. — Мне удавалось отвечать, практически не сбивая дыхания.
— Лидия обычная? — В голосе Сильвии, упорно пытавшейся отвесить мне затрещину, послышалось удивление. — А я тогда какая?
— Красивая, — автоматически среагировал я, больше занятый собственно схваткой.
Разговор в бою одна из самых глупых вещей на свете. Но беседа во время дружеского спарринга — совсем другое дело. Особенно если использовать ее для тренировки контроля. Это было сложно: выгадывать момент, когда можно вернуть себе власть над голосовыми связками, быстро бросать слово или два и вновь позволять вести Диане. Мы еле успевали отражать атаки Сильвии, работавшей даже не в полную силу.
— Е
— У
— Б
— С
Удар. Я таки не успел ослабить власть над собственным телом и костяшки нежных женских пальчиков с силой врезались в мою челюсть. Стены мелькнули перед глазами в безумном хороводе, и мягкое покрытие пола приняло меня в свои объятья.
— Ну Абель, — укоризненно произнесла склонившаяся надо мной Сильвия. — Комплименты — комплиментами, но ведь и о защите надо думать.
— Извини, — буркнул я, поднимаясь на четвереньки. Челюсть болела, шея тоже. Перед глазами плясали цветные пятна, но в остальном реальность воспринималась вполне четко.
— А
— П
— Н
— Т
— С
— Продолжим? — предложил я Сильвии.
— Только если ты уверен, что в порядке, — осторожно согласилась жена.
— В полном, — кивнул я. — Сотрясения нет, травм тоже. Остальное Макмайер перед завтраком подлечит.
И мы снова закружили по залу.
Штефан Цванг, курсант
— Вот ты все жалуешься на тяжелую жизнь, — попенял Штефан сосредоточенно жующему Селине, присаживаясь на самый удаленный от здоровяка конец стола. — Но как я не загляну — только ешь или спишь.
— А ты не вваливайся посреди ночи или во время завтрака, — посоветовала Цвангу жена психо, накладывая в тарелку густое, вкусно пахнущее варево. — И слезь со стола, сядь как все нормальные люди.
— Мне нельзя как нормальные, — хмыкнул Штефан. — Уважать перестанут.
— Я тебя и так не уважаю. А если не слезешь со стола еще и половником в лоб получишь.
— Какие знакомые слова. Вы с Верат случайно не родственницы? — Штефан смерил женщину подозрительным взглядом. — Слушай, Селина, твоя жена, похоже, замаскированный оборотень.
