Хотелось уже встать и самой явиться пред ясны очи этого армянского сокола и возмутиться таким поведением! Что это вообще такое значит — приперся проведовать больную, когда его:
1. Никто не звал.
2. Никто не ждал.
3. Ну, если уже приперся, так хотя бы ради приличия в комнату к больной заглянул и увидел, что его тут никто не ждал и не звал.
Продолжая пыхтеть от негодования и исходить слюной по пухленьким друзьям моих таких же пухленьких щек, я не заметила, как дверь комнаты вдруг резко распахнулась и явила мне… мою бабулю. Нет, я, бесспорно, была очень рада её видеть, тем более что в руках она держала поднос с выпечкой, пиалкой с вареньем и чашкой чая.
— Асюшка, ты не спишь уже? — в смысле «уже»? Бабушка ведь не видела моего одиночного спектакля, с чего она вязла, что я спала?
— Я и не спала, — решаю не врать, потому что в этом уже и так нет никакого смысла — бабушка вошла неожиданно и прикинуться спящей я не успела. — Ты одна? — не хотела спрашивать про него, но как-то само вырвалось, всё-таки хочется знать, к чему готовиться мне в ближайшие минуты. Ощущение того, что Давид может появиться вслед за бабулей в любую секунду меня не покидало.
— Да, — отвечает как ни в чем не бывало. — Давид приходил. Принес тебе яблок, — бабушка устроила поднос на журнальном столике на колесиках и подкатила его к моему дивану. — Красные, как ты любишь. Удивительно проницательный мальчик.
— Мальчик, — хмыкаю себе под нос, когда бабушка отходит к кровати, чтобы взять подушку и подложить её мне под спину. — Ба, а с чего ты решила, что я спала?
— Давид сказал, — как само собой разумеющееся выдает бабуля. — Он ходил тебя проведать, когда я чай наливала, но сказал, что ты уснула, и не стал тебя будить. Такой деликатный…
— Ба! Да не спала я! — пытаюсь достучаться до бабушки, но она, словно не слышит меня.
— Ой, да ты наверное и не заметила, как задремала, — отмахивается от меня и перескакивает на другую тему. — Он завтра придет, не переживай.
— Да не переживаю я! — сама не замечаю, как повышаю тон.
— Ага, — усмехается бабуля, — а чего ж кричишь-то так?!
— Ба, да ты просто не слышишь меня, — пытаюсь оправдаться, стараясь говорить спокойно, но меня просто всю разрывает изнутри. — Я тебе говорю, что Давид не заходил ко мне, а значит не мог знать, сплю я или нет. Он тебе просто соврал!
— Ну не заходил и не заходил, — снова пропускает мимо ушей истинный смысл моих слов, — завтра зайдёт, не переживай, — и подмигивает мне.
— Ба! — но продолжения я уже сформулировать не могу — бабушка вбила себе в голову, что Давид хороший и не желает видеть его двуличность.
Какой же бессовестный! Обманул пожилую женщину! Завтра я точно спрошу у него за это!
Вторую половину дня я решила посвятить Марио. Вернее составлению плана по его завоеванию. Да, знаю, что завоеванием должны заниматься мужчины, а девушкам принято быть в роли «жертвы», но я не суеверна. Завоюю его по-тихому, а потом буду играть роль той, которая ждёт, когда её завоюют.
Для начала мне необходимо было подкорректировать «досье объекта».
В первый же день нашего знакомства я узнала об увлечениях парня. Тот факт, что он является игроком студенческих сборных по баскетболу, волейболу и теннису привел меня в спортзал три дня назад. Получив сотрясение мозга во время попадания в голову мяча, я похоже получила еще и психологическую травму — мячефобию. По крайней мере, ни в баскетбол, ни в волейбол, ни в футбол, ни в какой-нибудь другой бол, я больше ни ногой, ни рукой, ни… головой.
Можно было бы рассмотреть теннис, как альтернативу болам, но к моей огромной радости, зал для тренировок в этом виде спорта на ремонте. А значит, нужно искать пересечения в других, не столь спортивных занятиях.
Туризм. Так, ну походить с рюкзачком, покушать на травке бутерброды, попеть песни у костра — это мне нравится. Беспокоит только одно: рядом со словом «туризм» в списке увлечений итальянца значится страшное и опасное слово «альпинизм»… Карабкаться на гору, ходить по обваливающимся тропкам вечных серпантинов, обвязываться веревками, чтобы спускаться в бездну — это лишь малая часть того, что первым приходит на ум при его упоминании. Никогда не понимала людей, которые в своё свободное время вместо того, чтобы ехать к морю и лежать тюленем на горячем песочке, подставив пяточки неспешному заигрыванию прибоя, заковывают эти пяточки в душные кроссовки и, взгромоздив на плечи рюкзак побольше и потяжелее, все в пыли и грязи тащатся на вершину какой-нибудь горы, и взобравшись туда, радуются словно выиграли миллион. А на самом же деле, оставив свои данные, эти авантюристы, или экстремалы (не знаю, как их правильнее назвать), просто спускаются обратно вниз.
В общем, это тоже не моё.
Тогда что? Музыка? Ну нет. Слушать — это пожалуйста. А вот извергать из себя в каком бы то ни было виде — это точно не для привлечения внимания парня. Этот прием в моем исполнении будет хорош как раз в достижении обратного результата.
Так стоп. А это что?
Всматриваюсь в строчки, исписанные моим корявым почерком, и понимаю, что не могу разобрать свои собственные каракули.
