В.В. еще раз воспользовался носовым платком и тихо произнес:
— Могу себе представить, что происходило в тот момент с этим бедным Лешей Самошниковым...
Ангел пил чай, хрустел крекерами... В.В. курил, поглядывал в окно на пустынный ночной перрон единственной остановки «Красной стрелы».
Ангел отставил в сторону кружку с чаем и жестко сказал:
— Нет, Владимир Владимирович, этого вы себе представить не можете...
... Как Лешка кричал, как метался по роскошной Лориной спальне...
...как рыдал от отчаяния и бессилия!..
Как проклинал себя, и только себя, за смерть дедушки, за гибель дяди Вани!.. Как умолял Толика-Натанчика о прощении...
— Бабуля!.. Папочка... Мама-а-а!!! — кричал Лешка на весь дом.
Маленький двенадцатилетний Ангел растерянно перелетал со шкафа на люстру, с люстры на портьеры...
...подсовывал под руки Лешке то бутылку минеральной воды, то салфетку...
Но все летело в разные стороны, истерика усиливалась...
С какой неловкой лихорадочностью Лешка натягивал на себя джинсы, как тряслись его руки, когда он, не прекращая что-то несвязно кричать сквозь рыдания, пытался застегнуть рубашку!..
— Дедушка!!! Дедуленька!.. Как же это?.. Господи... Господи!!! Дай мне силы покончить с собой! Я не могу жить!.. Я не имею права жить...
Маленький Ангел выпростал из своего рюкзачка крылья и в испуге кружил над рыдающим Лешкой...
— Это было страшное зрелище... Столько лет прошло, а у меня до сих пор — мороз по коже... В Школе нам преподавали, что плакать могут женщины и дети. Но о мужских рыданиях мы даже не слышали... В растерянности я связался со своим Профессором — опытным ангелом-хранителем, и он тут же приказал мне к этой ситуации немедленно подключить Женщину!..
Бился Лешка в истерике... Под потолком неподвижно висел маленький Ангел — с кем-то беззвучно разговаривал, глядя в потолок.
— Понял... Понял! — наконец вслух сказал Ангел. — Спасибо. Спасибо, говорю!.. Я говорю: большое спасибо вам, Профессор!!! Конец связи!..
Плачущий Лешка повсюду искал свои носки и туфли...
Ангел мгновенно прошел сквозь стену ванной комнаты и, стараясь не смотреть на голую Лори под шумной струей душа, взмахнул рукой...
Лори тут же, будто по команде, прикрутила кран.
И в наступившей тишине Лори услышала рыдания Лешки.
Она моментально выскочила из ванны. Не вытираясь, набросила на себя махровый халат с капюшоном...
...и как фурия помчалась в спальню, чуть не сбив с ног НЕВИДИМОГО маленького Ангела...
В спальню Лори влетела на душераздирающий крик Лешки:
— Не хочу жить!!! Не хочу!..
Лори-Лариска обхватила Лешку, прижала его голову к своей груди, зашептала:
— Успокойся, Лешенька... Успокойся, мальчик мой...
Одной рукой она удерживала Лешку, другой нашарила в тумбочке таблетки...
Наконец нашла то, что нужно, вытащила одну таблетку, засунула Лешке в рот и тут же налила воды в стакан.
— Запей, солнышко мое, запей, Лешечка... Это бромазанил. Очень хороший релаксант. Ну, поплачь, поплачь еще... Вот так... Вот так.
Высокий забор из живой изгороди.
Для въезда на участок фрау Тейлор в изгородь встроены ворота, глухая калитка с прорезью для почты и бетонный, с металлическими дверцами, мусоросборник.
К воротам подъезжает «Мазда—323». За рулем пожилая женщина.
Она нажимает на кнопку пульта управления, и ворота начинают медленно открываться.
Женщина проезжает на участок, где стоит дом Лори, и останавливает свою машину рядом с роскошным Лориным «мерседесом».
Ворота за ней автоматически закрываются.
Пожилая женщина аккуратно закрывает машину и направляется к дому, на ходу доставая свои ключи...
Это служанка миссис Лори Тейлор — фрау Фукс.
Перед тем как открыть дверь дома, фрау Фукс смотрит на часы — ровно восемь. И только после этого она вставляет ключ в замочную скважину.
Укрытая пледом Любовь Абрамовна лежит в большой комнате на тахте.
В прихожей срочно вызванный с работы Серега провожает молоденькую женщину — врача «неотложки».
— Покой, покой и еще раз — покой, — говорит врач.
— Так не бывает, доктор, — говорит ей Серега. — В каждой избушке — свои погремушки...
— Тогда постарайтесь, чтобы эти погремушки гремели как можно тише.
— Спасибо вам, доктор.
— Не за что. Станет хуже — вызывайте «скорую». До свидания.
— Всего хорошего.
Серега закрывает за доктором дверь и, бодро улыбаясь, входит в большую комнату. Говорит Любови Абрамовне:
— Ну, все в порядке, мама! Доктор просил вас чуть-чуть отлежаться. И все. Фирка! Я, пожалуй, завтра возьму отгул, побуду дома с мамой, а ты смотайся к Толику вместе с Лидочкой...
— Посмотрим, — осторожно говорит Фирочка.
— Знаете, о чем я мечтаю? — Любовь Абрамовна поднимает глаза на Фирочку и Серегу. — Чтобы там, около Лешеньки, появился хоть какой-нибудь добрый, толковый человек и помог нашему мальчику выпутаться из этой идиотской ситуации...
