— Надо же было выбрать думающую жену! — выдохнул в сторону бог обмана. — Даже если так, нужен повод, случай. А он может и не представиться.
— Значит, создай. Или твоей хитрости хватает только на каверзные поступки?..
— Смотри, как запела, — не без удовольствия протянул Локи, однако его пальцы болезненно сжали мне подбородок: ему не понравились мои последние слова. Я раскрыла губы от бессилия, зажмурилась и всхлипнула, только тогда он чуть ослабил хватку и обратил моё лицо на себя. Я приоткрыла потерянные глаза, поймала на себе его внимательный и как будто осуждающий взгляд. Несколько минут он изучал меня, словно искал нечто, чего во мне не было, затем отпустил и отвернулся. Я слушала его мерное дыхание и гадала, заснул ли он или обдумывает мои слова. Прислушается ли к ним взбалмошный и своенравный двуликий бог могло знать одно лишь время.
Спустя несколько месяцев случай представился, и Локи не забыл о своём обещании. Асы пировали в Йотунхейме, в доме Трюма — великана, славящегося своей глупостью не только в родном краю, но даже в Асгарде. Радушный хозяин был плутоват и переменчив, однако наряду с этим отличался такой щедростью, что время от времени асы не считали зазорным почтить его своим присутствием. А после возвращались пьяные настолько, что едва переставляли ноги. Я не сомневалась: в конце концов гостеприимство Трюма окончится бедой. Опасения мои подтвердились, когда развесёлые Тор и Локи возвратились в крепость асов, потеряв по дороге не только часть своих спутников, но и незаменимый Мьёлльнир — защиту Асгарда.
Когда малость протрезвевшие боги хватились пропажи, было уже поздно. Несмотря на серьёзность ситуации, Локи не терял ни самообладания, ни своего лёгкого насмешливого настроения. Он быстро догадался, кто всему виной, ведь даже по большой неосмотрительности Тор едва ли забыл бы свой могучий молот, если бы только ему кто-то не помог. Обернувшись соколом, он вновь устремился в Йотунхейм, и я, только и успев перемолвиться с ним несколькими словами, провожала взглядом исчезающие в лазурном небе очертания. Тор, помрачневший и очень потерянный, был доверен моим рукам и остался в золотом чертоге ожидать вестей от хитроумного бога. Никто не должен был узнать о случившемся раньше отведённого срока, а простодушный громовержец мог натворить новых бед, если оставить его без присмотра.
Тор желал возвратиться к Сив, но, хотя я искренне сочувствовала незадачливому сыну Одина, я уговорила аса остаться, задержаться в моём обществе и не огорчать трепетную супругу. Поразмыслив, рыжебородый ас согласился. Признаться, меня не столько беспокоило самочувствие златовласой богини, сколько её длинный язык. И раз Локи считал нужным сохранить это дело в тайне, я намеревалась придерживаться пожелания своего господина всеми возможными способами. По крайней мере, до его возвращения. К тому же, терзал меня и другой повод для смутного волнения. Помню, нагнав мужа на пороге, я поймала его за рукав, остановила на мгновение. Не сводя с него проницательного взгляда, я спросила тогда, причастен ли он к произошедшему, правда ли пропажа Мьёлльнира оказалась нелепой случайностью или же стала опасной игрой, которую затеял коварный бог обмана. Локи ухмыльнулся, тёмные глаза лукаво сверкнули, но он ничего не ответил мне, поцеловал в уголок губ и вышел. По непроницаемому и спокойному выражению молодого лица совершенно ничего нельзя было разобрать.
Каверзный ас пропал и не возвращался долгое-долгое время, отчего мы с Тором начали опасаться, что и он исчез вслед за молотом. Солнце уже близилось к закату, заливая небеса золотисто-розовым светом, когда ожидание сделалось невыносимым, и мой нетерпеливый гость сорвался со своего места. Я не успела бы ни догнать, ни удержать его, если бы на пороге пламенных палат не появился Локи. Тор двумя широкими стремительными шагами сократил расстояние между ними, в волнении схватил бога обмана за плечо. Повелитель молчал и улыбался, карие глаза сияли таким озорством и задором, что я поняла: он что-то замыслил и едва сдерживает смех. Громовержец, конечно, столь тонких граней настроения уловить не мог и изнывал от неизвестности, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. Я поглядела на мужа с ласковым укором, без слов прося смилостивиться над измученным спутником.
Локи поведал нам, что узнал, где находится Мьёлльнир. Молот действительно присвоил вороватый Трюм, чем глупец похвалялся во весь голос, думая, что никому не услышать его. Глаза Тора грозно сверкнули, он рассвирепел, засопел и двинулся к дверям, когда бог огня поймал аса за локоть и с усмешкой поинтересовался, как он собирается одолеть великана, пока у того в руках находится самое грозное оружие девяти миров. Тор пришёл в замешательство, снова потоптался на месте, затем привалился к стене в порыве злого бессилия и скрестил руки на груди. Мой супруг с завидной невозмутимостью наблюдал за его действиями, а я с немалым любопытством — за ним самим. Когда через некоторое время громовержец успокоился и образумился, Локи продолжил свой рассказ.
