Понимаю, вывод мой спорен, но слишком уж много тюркского духа на берегу озера Ильмень, в чем я убедился после короткой экспедиции в Новгород и Тверь.
«Русью пахнет», — только и оставалось сказать. Особенно когда увидел рунические надписи и до боли знакомые каменные памятники. Кроме Хунигарда, там были Алтынбур, Хива, другие города Русского севера…
«Забытый» труд историка Татищева показывает, как мне кажется, масштаб нашего невежества, разве нет? Ладогу в его время звали Алдога. А нынешний финский город Турку — Абай (Або). Тюркский дух? Конечно.
От него не избавиться. И находки «новгородских грамот» не помогут. Их почему-то, кроме как здесь, нигде не находят. Что это, еще одна загадка российской науки? Ее тайна? Или уже закономерность?..
А как же славяне Новгородской Руси, о которых твердит «официальная» наука? Да никак. Слово лишь в IX веке вошло в оборот. Вошло далеко — в Болгарии. До Руси оно добиралось едва ли не семь веков.
Эту историю неохотно рассказывают в России, хотя «официальная» наука знает ее. Слишком невыразительна она, вот и молчат.
Термин «славяне» одним из первых употребил Иордан, латинский историк VI века, производил он его от slave, то есть «раб», в таком значении понимал Запад новое слово. Естественно, греки и латиняне по-разному произносили его, но понимали одинаково.
Slave шло от sclavinus. Долго слово это было на устах лишь работорговцев.
Потом, в IX веке, обрело этнический смысл, тогда в каганате Великая Булгария произошел переворот, власть взял хан Богорис (князь Борис). Началось самое кровавое время в истории Балкан, о нем хорошо известно.
Греки, помогая заговорщику, золота и стрел не жалели, они превратили Булгарию в свою колонию. Христианизация служила вывеской… К ней приложил руку и римский папа со своими монахами.
Был не переворот, оплаченный греками, а захват страны идеологическим оружием — словом. И подкупом, конечно.
Война нового типа: победу завоевывали не на поле боя, а путем внедрения в сознание народа ложных идей, чтобы он сам, своими руками разрушал себя, свое общество, чтобы, возвеличивая хозяина, становился рабом, придумывал новую историю.
Академик Федор Иванович Успенский писал о тех событиях в Болгарии именно как о «перевороте, вследствие которого из тюркского ханства образовалось христианско-славянское княжество». Трагедию уместил в одной фразе: тюркскому каганату «нанесен был смертельный удар принятием христианства и последовавшим за тем государственным переворотом».
Так зародилось этническое славянство — после переворота в сознании людей. Высокомерные греки назвали вчерашних рабов их же именем — славянами (от slave).
Никакой натяжки они не сделали.
Корни славян на невольничьих рынках, считает мировая наука. Мнение российской науки противоположно, что естественно, она выполняет политический заказ. Однако были честные люди и в России.
В XIX веке профессор Александр Иванович Кирпичников писал об исследователях славян и их находках следующее: «Исследователи этих жалких свидетельств и остатков в большинстве случаев люди с горячей любовью к делу, с пылкой фантазией, но в силу увлечения предметом способные к поразительно ненаучным натяжкам. Они не жалуются на недостаток материала…». Его будто дополняет академик Федор Иванович Успенский: «Притязания русских на политическое главенство в греко-славянском мире представляются по меньшей мере молодым задором или детскими фантазиями…»
Богата российская научная литература на славянскую тему, ничего не скажешь.
Правда, ее отличает редкая особенность — отсутствие факта. Доказательства строят на голословности, будто бы авторы сами жили в то время… А вот надо ли безоговорочно верить им?
Это иной вопрос, ответ на который связан с интеллектом читателя.
Не показательно ли, что мировая наука не знает ни одной находки, подтверждающей, хоть косвенно, этническую историю славян! Ничего.
Этого вывода хватит, чтобы понять: русских на Кавказе не ущемляли, они пришли сюда в XIX веке как завоеватели, наемники, отрабатывая заказ. То не их война[41].
…Кавказ убедил меня — у него действительно особая судьба. Как у Армагеддона. Он — поле битвы Добра и Зла, Бога и Дьявола… Так определила ему Судьба.
— Конечно, так. Только так. А как иначе?..
«Наблюдательные» люди вычислили мою коварную сущность, разгадали дерзкие планы. Молодцы… Давно чувствую: кто-то хочет пошептать, что мои книги пронизаны корыстью и тщеславием, что пишу я со злой целью.
