– Вот что происходит, когда человек умирает. Зевс отпускает нитки, и кукла падает. Потом он снова поднимает ее.
– Все остальное время она двигается. Она не знает, что есть кто-то, кто дергает за нитки. Или не дергает. Нам, богам, важно, чтобы ниток не было видно. Марионетки думают, что ниток нет. Важно, чтобы они считали себя свободными. Иначе опыт провалится.
– А у нас, богов-учеников, есть нитки?
Зевс загадочно улыбается и убирает марионетку на место.
– У тебя есть утопия?
– Я думаю об этом.
– Это важно. Думая о лучшем будущем, ты даешь ему возможность однажды осуществиться. Я хочу задать тебе один вопрос. Ты любишь своих смертных или ты просто проводишь время, наблюдая за ними, как за красными рыбками, хомяками, кошкой или собакой?
– Должен признать, что я испытываю к ним некоторую привязанность.
– Ты страдаешь «болезнью переноса»?
Я понимаю, что речь идет о типично божественном неврозе, который заключается в том, что начинаешь путать себя со своим народом. Я отвечаю максимально честно:
– Нет, я не думаю, что у меня «болезнь переноса».
Царь богов не удовлетворен ответом. Вероятно, ему известно, что все боги рано или поздно начинают отождествлять себя со своим народом.
– Посмотрим.
Зевс хватает меня за руку, мы выходим из театрального зала и возвращаемся в круглую комнату со множеством одинаковых дверей.
Он немного медлит и открывает ту, что находится у нас за спиной.
– Ты сражался с самим собой. В следующем испытании тебе предстоит выступить против твоего народа.
