– Извлечь ваш скелет, он слишком мал, чтобы таскать миры. Я заменю его более крепким. Я также пересажу вам новые мышцы, а в поясницу вошью сухожилия, крепкие, как железо. Тогда вы сможете носить на плечах планеты. Обычно одна планета весит порядка шестисот килограммов. Я буду работать с запасом.
Ни в коем случае не поддаваться панике. Думать, думать.
– Вы смотрите на мою грудь? – с интересом спрашивает Гермафродит. – Я вам нравлюсь?
Один кошмар сменяется другим.
– Мужчин противопоставляют женщинам, но есть люди, в которых соединено и то и другое. Это как великий закон Вселенной, вы помните? ADN – Ассоциация, Подчинение, Нейтральность. Всегда есть третий путь, в том числе и в вопросе пола. Когда я был маленьким, меня спросили, как бы я хотел, чтобы меня воспитывали – как мальчика или как девочку. До 16 лет я был девочкой, а с 17 – мальчиком. Переизбыток тестостерона. Я не инвалид, наоборот, у меня есть преимущество перед остальными. Почему меня никто не любит?
Он хватает скальпель, подносит ко рту и облизывает лезвие, словно это леденец.
– Я… я вас люблю, – выдавливаю я. Гермафродит опускает скальпель.
– Вы действительно так думаете или сказали это, чтобы умаслить меня?
Я пытаюсь вырваться из кожаных ремней Он склоняется надо мной.
– Хорошенько посмотрите на меня. Ведь я похож на мать? Вы любили Афродиту, почему бы не попробовать полюбить Гермафродита?
– Мне кажется, я не люблю мужчин, – бормочу я.
– Все мужчины любят мужчин, – раздражается полубог. – Но есть те, которые признаются в латентной гомосексуальности, а есть те, кто ее отрицают, вот и все.
Его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего, я чувствую его дыхание. Он в предвкушении облизывает губы.
– Маленький бог людей-дельфинов, я хочу предложить тебе сделку…
Но он не успевает закончить фразу: огромная банка, полная ящериц с человеческими головами, обрушивается ему на затылок. Он падает без чувств.
Мата Хари развязывает ремни и освобождает меня.
– Тебя и на пять минут нельзя оставить, чтобы ты не наделал глупостей, – вздыхает он.
– Мата, спасибо… Ты снова спасла меня!
Гермафродит стоит на четвереньках, кажется, он приходит в себя. Чтобы сбить его с толку, я открываю все клетки, освобождаю женщин-кенгуру, мужчин-летучих мышей, пауков с человеческими ногами, говорящих насекомых, кроликов с руками.
Они поднимают невообразимый шум и вдруг кидаются на Гермафродита, все еще не поднявшегося с пола. Они кусают, царапают и колотят его.
– Скорее домой, – шепчет Мата Хари, пораженная видом этих изувеченных существ, которые платят жестокостью за свои страдания.
Я свободен и спасаюсь бегством.
Нельзя терять ни секунды.
