Эльф-маг поднял руки к небу, затянутому облаками, взывая к помощи стихию воды. Почувствовав прилив магической силы, он ловко крутанул ладонями, и из сверкающего золотистого посоха в соперницу с диким свистом понесся водный ураган. Эльфийка ощутила на себе резкий толчок. Она попятилась назад, но тонкие пальчики уже успели сплести непонятные многим знаки. Одно из самых ранних выученных заклинаний атаковало эльфа. Он пал на одно колено, чувствуя сильное прослабление в своей защите. Тут же, не заставляя себя ждать, его настиг водный поток, обрушившийся сверху. Волосы эльфа мокрыми клочьями свисали, мешая глазам следить за действиями соперницы. Эльфийка приподняла руки, желая повторить первый удар своего врага. Но не успела. Острая льдина, двигающаяся, как казалось, со скоростью света, пронзила ее, заставляя правый бок кровоточить. С первой упавшей на песок капелькой крови, зрители восхищенно зааплодировали, но все же с большим интересом продолжали наблюдать за боем. Маг, не мешкая, создал вокруг себя ауру и, моментально набравшись сил, обрушил водный поток на соперницу. Эльфийка успела вовремя подставить щит, но ужасная боль в боку предательски мешала сосредоточиться. Меч чудес вырисовал в небе магический символ, отправляя в адрес противника одно из новых заклинаний. Длинноухий тут же почувствовал, как жизнь покидает его, утекая с каждой потраченной секундой. Несомненно, он был сильнее. Оружие и доспехи обычно всегда решали исход боя, и в данном случае на стороне эльфа был значительный перевес. Одеяние из плотной серой ткани прибавляло защиту от магии и делало его заклинания гораздо быстрее. Волшебный посох, отливающий золотом, завертелся в руке, посылая ответный удар. Кипельно белый шар, который едва можно было заметить из-за его быстроты, настиг соперницу, отбросив ее на метр назад. Эльфийка была слаба. Она лежала на спине, боясь боли, боясь даже прикрыть глаза. Маг подошел ближе. Он стоял над своей жертвой, смотря на нее и ехидно улыбаясь. Слышались крики: «Добей ее!». Эльф вдруг подмигнул и, не отводя взгляда, зашептал. Его губы еле двигались, но с каждым произнесенным словом злость и сила наполняли его. Руки взмылись к небу, а потом струя обжигающей прохлады пронзила соперницу. Но та не спешила проигрывать. Она могла сдаться, но что-то не позволяло ей идти на уступки. Глаза по-прежнему наблюдали за действиями мага. Она следила внимательно за каждым его движением, набираясь опыта. С полной безнадежностью ладонь эльфийки судорожно напряглась, образуя пучок слепящего света. Жизнь потихоньку возвращалась в ее тело, но рука интуитивно выпустила меч и теперь сжимала кровоточащую рану. Эльф с присущим ему безразличием в последний раз за бой задрал вверх свой посох, когда вдруг услышал выкрик, выделяющийся из монотонных криков и посвистываний: «Эмили!!!» Зрители как один обернулись на нарушителя спокойствия. С ним по соседству сидел высокий широкоплечий мужчина, который тут же выставил свою руку вперед, преграждая нарушителю путь, и произнес:
– Вальдо, ты же знаешь, что вмешиваться в бой нельзя!
В то же время ослепляющая молния, вызванная одним из сражающихся на арене, ударила, производя жуткий грохот, который обычно так пугает детей во время грозы.
Последним, что услышала эльфийка, было ее имя. Она не могла разобрать, кто звал ее. Голос показался таким знакомым, но в то же время таким далеким… Веки автоматически опустились, прикрывая печальные голубые глаза, вовремя не позволив приближающимся слезам вырваться наружу.
Толпа разделилась на два лагеря: одни ликовали и хлопали длинноухому победителю, вторые выкрикивали оскорбления вслед сбегавшему по трибунам человеку, который отвлек их и не дал возможности насладиться победным ударом.
Вальдо протиснулся сквозь неугомонную толпу. Спрыгнув с самой нижней трибуны, он оказался на арене. Эльф-маг, сменив выражение лица с гордости на недоумение, потянулся к посоху. Но тут ворота распахнулись с одной стороны, и на арену вывалился жирный зеленый орк. Переваливаясь с ноги на ногу, он зашагал к неподвижному телу проигравшей. Но Вальдо опередил его:
– Не трожь ее! – ярость проникала сквозь его темно-карие глаза, что заставило орка попятиться назад.
Радости толпы не было предела. Впервые они могли воочию наблюдать за чем-то более интересным, чем обыкновенный бой с предсказуемым результатом.
– Врежь ему! – послышались крики разъяренных и довольных зрителей.
