- Это я с удовольствием. У меня в детстве был «Орленок», отец подарил на день рождения. Радости было. Вот такая ж дачка была в Подмосковье, настоящий деревенский сруб, во дворе колодец. Вот я по всей округе и гонял. Рыбалка и велосипед. Счастливое было время, - вдруг расчувствовался Чудов, кажется даже слеза поползла к переносью. – Так значит можно, да? Покататься-то?
Тут раздался телефонный звонок. Но не мой, а Чудова. Он вытащил трубку и вышел во двор. Но был недолго.
- Звонят из фирмы, интересуются, как устроился, - объяснил он.
Мне показалось немножко странным, что Георгий совсем не рассказывает о себе, о своей семье. Разговоры, все больше об Афгане, общих знакомых офицерах, о их судьбах. Тут подполковник полностью владел инициативой. Он подробно рассказал, как выходили Афгана. Сколько потеряли бойцов. Я задал единственный вопрос:
-- Как там командир наш, Семеныч? Живой?
-- Живой. Говорили, что потом его перевели в какой-то Округ на повышение. Но тут начались политические дела в стране. Подловили, командира, на какой-то аморалке и из армии вышибли. А что он делает сейчас, не знаю.
- Какая аморалка? На Семеныча это не похоже. Наверно, по прямоте своей сказал, что думает, вот и попал под раздачу, - огорченно произнес я. – Такой человек.
- Может быть, старик. Сейчас это определено не та армия, что была. Гордиться нечем. Вот война с Чечней покажет.
- А ты думаешь, будет?
- По-другому нельзя. Политики хотят устроить показательную порку. Паша Грачев - большой стратег. Посмотрим.
Тут мне показалось, что Чудов начал пьянеть.
- А ты помнишь, Жора, как я оказался в Ташкенте в госпитале. Кажется, я отключился в приемном покое.
- Совершенно точно. Ты был в коме. Извини, дружище, я сам тебя грузил в Черный тюльпан попутчиком. Вместе с цинком. Вот такое было у меня начало отпуска. Тут как-то встретил Семеныча, уже в Москве, он и сказал, что ты благополучно устроился после службы. Имеешь даже свою клинику.
- Ну, про клинику, это кто-то ему загнул. А вообще - как он про это мое житье узнал, ежели все концы потерялись. Я ни с кем не поддерживал связи. Пытался было через военкомат узнать о сослуживцах. Вроде, делали запрос. Да все как-то затерялось.
- Ну наверное все-таки наша афганская почта весточку о тебе принесла. А ты что, так и ни с кем из наших и не встречался эти годы?
- Нет. По горячим следам желание было. А после… У меня нехорошая отрыжка от Афгана. Просто потом мы оказались никому не нужны. Чего вспоминать. Была такая страна и такая вот военная версия была.
