Подъехали к психиатрическому отделению и я вдруг ясно представил себе Анюту, ту самую, далекую и самую первую. И сейчас она мне просто говорит: «Забери меня отсюда, Гавриил. Я очень соскучилась».
- Может, мне с тобой? – спросил Руслан.
- Не стоит. Сам справлюсь.
А на пороге меня встречает эдакое туповато-грузное создание женского рода в застиранном халате, кажется, наши больницы до упора наполнены такими «душками», от одного вида которых выть хочется. Тут моя нежная фантазия об Ане рассыпается в прах.
- Ноги вытирайте. Не видите, я полы протерла? – ворчит эта бабеха.
- Есть, уже вытираю, - найдя глазами ком рваного тряпья, отвечаю я.
- Сейчас пойду гляну. Обход у нас. Подождите.
- Уже жду, - говорю я и добавляю себе «с вытертыми ногами».
Впрочем, вместо нее появился заведующий отделением Аркадий Семенович. Он подошел ко мне, подал руку и по его скучному виду я понял, что приятных новостей мне ожидать не приходится. Опять не мой день.
- Что сказать, коллега? – мы зашли в кабинет. Доктор достал из шкафчика халат. Подал мне. – Спала ночь нормально. Я дежурил, даже спокойной ночи пожелала. А утром заглянул, смотрю сидит на кровати с узлом. Сделала из одеяла сверток и баюкает «младенца». С песенкой.
- Может быть пригласить к вам в помощь профессора из столицы? – не ущемляя самолюбия доктора, осторожно предложил я.
- Да уж лучше сразу ее в «Ганушкина», - взглянул на меня доктор, с сочувствием и укором одновременно. – Это мозг. Не мне вам говорить.
… Шаги к палате мне дались нелегко. Какое уж там: «Забери меня, Гавриил, я соскучилась». Сердце вылетало из груди. Кажется такого волнения я не переживал никогда в жизни. Даже в тот, самый первый раз еще в кардиологии. Там была надежда.
Доктор приоткрыл дверь, заглянул и пригласил заглянуть меня: «Смотрите сами».
Анюта ходила по комнате со свертком, прижимая его к груди, покачиваясь. Глаза отсутствовали.
- Я зайду.
- Нет, категорически. Вы спровоцируете приступ, - закрывая плотно дверь, сказал доктор. – Сколько тут времени всего прошло?! Такая травма. Потерпите. Мы еще только начали лечение. Время, друг мой, время. Она ж не постоянно такая.
Он проводил меня до выхода.
- Как только я увижу начало нового качества, сразу дам вам знать. Я и родителей не пускаю. Терпите, офицер. Сейчас у вас забот прибавится, - улыбнулся он. – Вот город примите. Желаю удачи.
«Спасибо, подсластил пилюлю: «Вот город примите», - выходя из отделения, подумал я.
- Ну что там, плохо? – спросил Руслан. – Вижу по твоему лицу.
