— Уолтер, доброе утро. — Нервно улыбнулась с экрана Джун, сидящая на коленях у мужа.
Судя по всему, я застал их за трапезой, и так и подмывало ее поправить, что уже не утро, а почти обед, но каким-то чудом я сдержался. Это не мое дело, что джиннии в Париже заняться нечем, а когда такое случается, то рано она не встает.
— К счастью для тебя, оно очень доброе. Проклятие оказалось неактивно.
Всего на секунду во взгляде джиннии появилось ошеломление, а потом с губ сорвался вздох облечения, и словно кто-то обрезал невидимые нити, заставлявшие Джун держать спину и плечи прямо. Девушка согнулась над столом, запуская пальцы в волосы, выдавая все переживания о происходящем.
— Спасибо.
— Благодарить рано. Скорее всего тебе придется дать показания о сути проклятия и обстоятельствах вашей договоренности.
— Я все понимаю, Уолтер. — Снова взяла себя в руки Джун. — Нужны будут показания, дам. Понадобится помощь — позвони, и я приеду.
Все оказалось довольно просто, хотя я ни на секунду не сомневался в Джун. В любом случае, джинния бы поступила правильно, прекрасно осознавая, как при ее уровне власти важна ответственность за поступки.
Я невольно улыбнулся, вспоминая, что когда-то мы вместе раскрывали преступления. Помощь и консультации Джун бывали просто неоценимы, и в нашем отделе даже жалели, что она не желает поступать на службу в полицию. Джинния выбрала другой путь, и, наверно, это тоже было верным решением.
— Договорились, но… — от завершения фразы меня отвлекло оповещение на мобильнике.
В любой другой ситуации я бы не позволил себе просмотреть сообщение, не завершив разговор, но все изменилось. Бывали случаи, когда в первую очередь мне надо решить свои проблемы, а остальные могут подождать и повисеть на линии. Только в этот раз сообщение вызвало лишь раздражение, потому что писала Кэрри Нейвос. Ну как писала… прислала фотографию в нижнем белье с провокационным вопросом о степени вульгарности своего наряда.
Твою же мать! Когда-нибудь она заставит меня сорваться. Еще ведь и номер где-то нашла. И точно не у моих ребят спрашивала. Я всегда щепетильно относился к тому, кому давал свой номер, а со статусом Альфы и вовсе предпочел засекретить, чтобы никто посторонний меня не доставал, но нет! Нашла и теперь издевается.
— Но? — протянула Джун, слишком внимательно изучая перемены в моем лице.
— Но сиди пока в Париже. — Все-таки закончил я и тоже внимательно уставился на собеседницу.
— Это все?
Пришлось слегка задуматься. Потому что Джун была одной из тех, кто знает мой личный номер, и она связана с Кэрри. И пусть сестры не дружат, но, если бы Кэрри надавила на правильные рычаги, Джун бы сделала что угодно, лишь бы младшая отстала. Только спросить об этом напрямую я не мог, ибо старшая почувствует неладное, а мне очень не хотелось ее посвящать в тему откуда и когда у меня появились хоть какие-то взаимоотношения с Кэрри, выходящие за рамки принятых. Включая и мой интерес. Лучше все обыграть так, будто это у младшей интерес ко мне.
— Ты с сестрой давно общалась?
— Со дня ее явления в Кентербери ни разу, хвала Вселенной. — Джун фыркнула, но уже через секунду в ее глазах вспыхнул огонь любопытства. — Что, уже жалеешь, что в клан ее взял?
— И откуда ты все знаешь? — сказать по правде, я совершенно не удивился степенью осведомленности джиннии. Просто хотел знать, какая сволочь меня сдала.
— Амэнтиус рассказал. Он на нее тоже глаз положил.
— И был бы очень разочарован. — Хмыкнул я в сторону. Потому что это правда. Мэни интересовала только возможность замещения одной джиннии другой, но Кэрри бы не потянула всю паутину интриг, что сплела Джун. Ёжик не умеет манипулировать и играть. Не на таком уровне. — Ну и кто, если не я? Эльфам стоило уступить?
— Нет. — Джун скривилась, потому что от всей души не могла терпеть эльфов. — Но моей помощи, если она накосячит, даже не проси.
— Я тебе больше скажу, я не собираюсь позволять вам пересекаться.
— Какой ты милый. — Прозвучало ядовито, но абсолютно беззлобно. Наверно, в этом и прелесть хороших отношений с бывшими. На них уже злиться не за что, и остается только подначивать друг друга время от времени.
— Просто чудесный! — наконец-то, не выдержал клыкастый муж, всем видом показывая, как его раздражает наше общение. Вообще удивительно, что он столько продержался молча. Я думал он сорвется раньше. — А теперь, если вы все обсудили, я хотел бы насладиться своей женой и поесть. — Алессандро показательно поцеловал Джун в шею. — Впрочем, это можно совместить.
Реакция вампира меня откровенно позабавила. Алессандро явно пытался меня как-то задеть, показать и доказать, что джинния теперь его женщина, но ничего особенного я не испытывал. Даже возмущения не было. И я наконец-то свободен от Джун. Если счастлива она, я за нее искренне, по-дружески рад.
— Наслаждайся, кто тебе мешает. Джун, до связи.
В следующий момент недовольный Алессандро Морен захлопнул крышку ноутбука.
— Какой-то он нервный. — Подвел итог Ричард, все это время внимательно слушающий разговор.
