Но, к сожаленью, неумелых.
Услышь мольбу душевных криков
И в очертаньях Божьих ликов
Явись ко мне, создай порыв!
Иначе будет просто срыв —
И состояние в обрыв
От неугодных сердцу вскриков
Достигнет психопатных пиков.
Путей лихих круговороты
Рвут, окаянные, на слоты,
Вертят болезненно внутри
И, создавая пустыри,
Пускают смерти пузыри.
А ты не жаждешь сквозь работы
Мне проявить свой знак заботы,
Все терпишь пафосно и грозно.
Колени пали, сердцу слезно,
К земле склонился на покой,
Взмахнув единожды рукой:
«Прощай родная, черт с тобой!
Пропало, думаю, и поздно», —
Ответил я вполне серьезно.
Наверно, боязно и чуждо
Открыться с помощью наружно.
Я с пистолетом у виска,
Съедает грусть, печаль, тоска,
А от смертельного броска
Кусочек счастья бросить нужно,
Чтоб посветлели мысли дружно.
Видать, не выслужить награды:
Важнейшей жизненной отрады.
Устали ноги от ходьбы,
Не достучаться до судьбы —
Лишь тишина и без пальбы.
Теплу не литься от прохлады,
Понятна истина — не рады.
И вдруг среди ужасных пыток
Еще мелькал и пережиток,
Все закружилось вверх гурьбой.
Явилось нечто предо мной,
Что называл всегда судьбой.
За добросовестность попыток
Вручила счастье, дав в избыток.
Был этот путь подчас тернистый,
И я, боец, в нем голосистый
С тяжелым грузом на плечах
При ярком свете и свечах.
Ура, победа! Он зачах,
Свернулся страшный, неказистый —
И появился вновь лучистый.
Молитвы искреннего взмаха
Не дали сделать злого шаха,
И не появится возврат
Закончить жизнь, поставив мат.
Теперь воистину богат
И не имею больше страха,
Что был развеян в виде праха!
***
Шейте счастье Вы в новом своем ателье,
Шейте так, чтобы было на вырост.
Не копайтеся в грязном и старом белье,
Ибо это Вам счастья не выдаст.
2020
Спаситель
Я мыслью делюся, как свистом,
Не скрыться частотам у чувства.
Эх, буду вовек скандалистом,
Где правят халдей и ублюдство.
Мне истину слова и веры
Не в силах закупорить гады,
Как встарь не подкинут холеры
Садовники злостной рассады.
Безудержной мощью в их ложе
Внедрю добродушности зерен
А лошадь, пройденная позже,
Удобрит посаженцы в корень.
Там рожью взойдет справедливость,
Ладони уклавши на лютни.
Погробится ненависть, лживость
И сгинут правители-трутни.
Юг, запад, восток, ну и север
Мной оплодотво́рится полый.
Цветов насажаю и клевер,
Чтоб их опыляли все пчелы
Надеждой, любовью и благом,
Добром и умами по свету.
Дам жизнь поусохшим корягам,
Спасу людской род и планету.
Последний путь
Минувших дней прочитанная книга,
Нелегкий пройден очень долгий путь.
Осталась малая, но все-таки интрига:
Прожить остаток и его чуть-чуть.
Не повторится все, что с нами было,
Не переделать жизнь наоборот.
С огромной радостью, бывает, и уныло,
Проходим свой последний поворот.
Уже дошли до самых крайних точек
И невозможно в сторону свернуть,
Но этот все ж непройденный кусочек
Еще в себя придется нам вдохнуть.
Вдохнуть его на что-нибудь благое,
Чтоб напоследок и наперебой
Забилось сердце, словно молодое.
Ну а потом — исчезнуть на покой.
К иным местам и ангельским разметкам
Где не бывали, в общем, никогда,
К своим давно уже ушедшим предкам —
И поселиться с ними навсегда.
Уйти ко звездам, в сторону заката,
Что называем райской стороной.
В иную точку, точку невозврата
Фантомной жизни, жизни неземной.
Рифмуются мысли
Рифмуются мысли прошедших трагедий,
Ложатся на лист в виде синих чернил.
Прокручена пленка всех черных комедий,
В которых я облачно, патово жил.
Напишется боль на свободных страницах,
Минувшей войной возведется кино.
О всех неприятных мерцающих лицах,
Которые вымерли в сердце давно.
Без нервов и криков, с иронией строки
Пишу, наслаждаясь чириканьем птиц.
Весь пагубный мир и невзгоды далеки:
Они лишь в стихах, на пустотах страниц.
Оставлю потомкам штрихи написаний —
Пускай изучают проблемы времен,
Чтоб, делая собственный выбор желаний,
Имели поменьше ослабленных зон.
А сам в эйфории, счастливый писатель,
Закончив плеяду несчитанных строф,
Останусь по жизни, как свой обыватель
В чудеснейшем месте иллюзий и снов.
***
Не надо даже пристального взгляда:
Понятно напрямую все и так,
Что Люди выделяют больше яда,
Чем весь наш алкоголь или табак.
Мой путь
Я ушел в себя, далеко ушел,
Вы простите меня, родные!
Вот он — путь, я его нашел
И искать не хочу иные.
Я хочу его до конца пройти,
Не мешайте, прошу вас, люди!
Свое «Я» сумел для себя найти,
И другого, увы, не будет.
Это путь для тех, кто по жизни знал,
Что не просто живет на свете.
Это путь для тех, кто всегда терял
И молчал о своем секрете.
Я хочу уйти — но не в монастырь,
А еще, а еще далече.
Мне Иисус Христос будет поводырь,
С ним идти, без вопросов, легче.
Вы забудьте все, будто не был я
Никогда в этой жизни с вами.
Расплетите сплошь все сплетения,
Что плелись чередой, годами.
Оставляю вас! Пусть воскликнет враг!
Ну а близкий всплакнет немного.
Оставляю свой навсегда очаг,
Меня длинная ждет дорога.
И в конце скажу: «Все прощаю вам!»
Ну а сам побегу в дорогу.
Не делите мир весь напополам
И доверьтесь немного Богу.
Пленник
Извечный пленник одиночества, неволи,
Пропащий в дебрях, заклейменный пустотой,
Но не желает он такой паскудной доли
