Ловушку, в которую угодил Никлис, поставили аршваны. Как выяснилось немного позже, Ннаонна поторопилась объявлять, что они уже дома. Земля, на которой девушка произнесла эти исторические слова, не принадлежала королевству Альда — если судить буквально. Когда в Мокрые горы пришла весна, варвары переселились южней — им требовались охотничьи угодья. Разумеется, фермеры всячески приветствовали это решение, альдийцам подобные соседи были, в общем-то, ни к чему.
Дичи в дождливом краю оказалось немного, так что аршванам пришлось рассеяться по большой территории, примыкающей с юга к владениям фермеров — подданных Ингви. Так что после того, как были обнаружены силки, к ближайшему жилью пришлось шагать еще добрых полдня. Лишь под вечер путешественники заметили поля, расположенные на пологих склонах. Аршваны по пути не встретились, летом они бродили по долинам и не задерживались подолгу на одном месте.
Солнце уже опустилось на макушку невысокой горы, последние лучи еще оглаживали зеленые колосья на полях, а над крышей крестьянского дома поднимался дым. Путешественников заметили, и навстречу вышли мокрогорцы — здесь жила молодая семья, и эту ферму поставили совсем недавно. Стало быть, граница королевства теперь проходила где-то здесь.
Признав в оборванном пришельце короля, фермер совсем не удивился. Всем ведомо, каков король Альды — он и не так может вырядиться. Хозяева поклонились.
— Добро пожаловать, ваше королевское величество, — степенно объявил мужчина, — в наш скромный дом.
— До чего ж приятно, твое демонское величество, — обрадовался Никлис, — снова в родном краю очутиться. Тут тебе, слышь-ка, и вежество, и обхождение!
— Благодарю, — Ингви кивнул, — но мне нужно скорей в столицу. Нынче погощу под твоим кровом, а с утра скорей в путь.
— Не извольте беспокоиться, — хозяин снова отвесил поклон, — с рассветом и лошадку запрягу. Отправимся, медлить не станем.
Ингви поднял брови. Его удивила готовность крестьянина. А тот продолжал:
— У нас, почитай, что ни неделя, то важный господин из столицы: нет ли короля? Не изволил ли объявиться? Так что мы готовы.
— Награда, небось, обещана? — Никлис подмигнул фермеру.
— И это верно, — согласился мужчина, — обещана. Тому, который ваше величество первым заметит или отыщет или еще чего… Награда — дело доброе, особенно если повод такой хороший. У нас говорят: без короля страна сиротеет! Очень мы ждали ваше величество, очень ждали! А уж как в столице-то дожидаются!
— Дождутся, — коротко ответил Ингви. — Приглашай к столу, что ли?
С рассветом крестьянин запряг лошадь и повез короля на север. Сперва по тропинке, иногда и вовсе без дороги — объяснил так: его ферма с краю, поставлена недавно, никто, кроме него, не ездит, не успели колеи протоптать. Потом местность сделалась более обжитой, жилье и поля попадались все чаще. Короля узнавали, и снова — никто не выказывал удивления, только степенно демонстрировали довольство: король вернулся, это славно!
Когда добрались к ферме, с владельцем которой Никлис совместно держал постоялый двор, там уже были приготовлены верховые лошади. Парень, младший сын никлисова компаньона, вызвался проводить в столицу. Хозяин южной фермы расстроился и стал выговаривать сыну трактирщика:
— Это же мне и награды не выпадет… Ты, паря, небось, все себе загребешь, а обо мне никто не вспомнит.
Ингви стало жалко добросовестного парня и он подарил на прощание золотой из Семи Башен. Монета наверняка была куда более дорогим призом, чем любая награда, какую мог выдать скупой расчтетливый Мертенк. Фермер, получивший золотой с профилем Черного Ворона, остался очень доволен — кажется, особенно его радовало то обстоятельство, что теперь трактирщиков сын ему завидовал.
Лошадей было три, и парень собирался самолично съездить в столицу за наградой.
— На кого ж ты хозяйство бросишь? — строго прикрикнул Никлис. — Я, слышь-ка, помню, ты здесь торчать должен.
— Батраки приглядят! — махнул рукой юноша. — Батя нынче батраков взял. Можем, говорит, себе позволить. Теперь-то!
— Дык лошадок всем не достанет, — заметил начальник стражи.
— А ты не едешь, — осадил его король. — Останешься здесь.
— Как же так? Очень мне будет печально после всех, слышь-ка, путешествий… И я, опять же, беречь королевскую особу должен…
— Уберегусь как-то, не беспокойся.
— Да просто ты нам надоел! — вставила Ннаонна.
— Никлис, тебе доверю самое важное, — перебил девушку демон. — Соберешь людей, отправишься на побережье. Разгрузишь «Туман», вино отправишь в столицу.
— А! Винище наше брошено, это верно! — оживился Никлис. Выпивоха вспомнил о содержимом трюма.
— Но самое главное: мне нужно, чтобы за Древом присматривали, стерегли его и охраняли. Мне все равно, как ты этого добьешься, но чтоб сберег растение в сохранности. И еще: учти, я пересчитал бочонки в трюме. Если до Альды не доедет слишком много — пеняй на себя!
— Да ничего не пропадет, — возмутился Никлис. — Я же не вор какой, я теперь наоборот — стража королевская!
— И вранье твое надоело тоже, — мстительно заметила Ннаонна.
