Под конец пламенной речи толпа аплодировала чуть ли не стоя. На самом деле новичкам было совершенно наплевать на речь, ими руководили старшекурсники, что находились среди молодежи и указывали, когда молчать, когда вздыхать, а когда хлопать в ладоши.
После выступления именно старшекурсники собирали вокруг себя толпы и раздавали чудесные значки с символами факультетов.
Ох, как же Астре хотелось такой же! Она бы прямо сейчас обменяла латунный бейдж с фамилией на любой из значков, чтобы хоть на секунду почувствовать себя равной.
— Эй! Кто это у нас?
Из прекрасных фантазий вывел мерзкий голос Изриса. Он заметил, что Астра подглядывала из-за угла и не смог пройти мимо. Тем более за ним гуськом шли два десятка студентов, чуть не в рот заглядывая старшекурснику.
— Вы знаете, кто это? — громко спросил он, самодовольно оглядев толпу. — Это, между прочим, сама Сеттан — дочь тех самых ребят, о которых говорил ректор Сатфорд. Она у нас магистр швабры и тряпок, так что с удовольствием будет драить ваши туалеты. Да, Астра?
Одна из первокурсниц, демонстративно закатывая большие карие глаза в обрамлении невероятно длинных ресниц, усмехнулась:
— Астра? Боже, как банально!
— Да, с фантазией у ее родителей не очень, красавица, — кивнул Изрис и подмигнул девушке: — У меня с фантазией намного лучше, если ты понимаешь о чем я.
Астра отставила швабру и сложила руки на груди. Ей не впервой было держать унизительные удары со стороны студентов и гадкого старшекурсника с закорючкой вместо носа.
— А у вас, должно быть, имя чрезвычайно редкое, раз вы решили высмеять мое? — произнесла она, глядя прямо в длиннющие ресницы.
Студентка взмахнула гривой светлых волос и с пренебрежением посмотрела на Астру.
— Представь себе. Меня зовут Изабелла — очень редкое и запоминающееся имя.
— Редкое? — усмехнулась она. — Такое же редкое, как и Изабелла Арагонская, Изабелла Кастильская, Изабелла Валуа или, может быть, Белфорд? Ах нет, должно быть, это сорт винограда, из которого делают дешевое вино? Да сколько же принцессок и графинек с этим именем было в истории планеты! Не счесть!
Взгляд студентки из надменно тут же превратился в крайне недовольный. Казалось, если бы не толпа, она бы набросилась на Астру и выцарапала глаза.
— Зато это имя носили принцессы! А тебя, космическую уборщицу, назвали звездочкой.
— Астрой, — поправила девушка и задрала нос по примеру горделивых студенток. — Астрой Сеттан. И я не против, чтобы ко мне обращались на вы.
Мерзкие, злые, высокомерные студенты! Казалось, с каждый годом презрительных негодяев становилось все больше. Что ж, не поспоришь — они смогли попасть в самую крутую Академию на орбите Луны, а не протирать штаны в каком-нибудь захолустном колледже на Земле. Им открыты самые передовые профессии, но это не означает, что теперь они короли мира и можно относиться к другим, как к мусору!
— Означает, — проворчала Астра под нос, пробираясь сквозь поток веселых первокурсников. — Еще как означает.
У девушки не было никакого желания второй раз за день унижаться перед ректором, но слова Розы и Марты выглядели так убедительно, что огонек надежды продолжал гореть в душе, хоть его и потрепало после встречи с Изрисом. Возможно, кухонные королевы правы: на Земле к ней будут относиться совсем иначе. Она станет пусть обычной, но студенткой, получит профессию, найдет работу и как-нибудь обустроит жизнь. Это лучше, чем до конца дней дружить со шваброй и тайком пробираться рано утром в бассейн, пока никто не видит.
— Ректор Сатфорд занят, — почти прорычала верная секретарша важного господина, изображая из себя неприступную стену между великим и ужасным ректором и какими-то там студентами.
Надин только с виду могла показаться милой старушкой со странным макияжем. Она умела меняться на глазах, как только прибывали новые студенты. Среди них часто попадались детишки высокопоставленных чиновников и просто богачей, которые смогли пропихнуть дитятку благодаря связям и деньгам. И конечно же, эти студенты требовали персонального отношения, личных комнат со всеми удобствами, а еще лучше целый блок на станции. Они привыкли к роскоши и потаканиям, но Академии было совершенно наплевать на статус и деньги. В ее стенах, по словам Сатфорда, все равны.
Вот и сейчас в приемной сидело трое напыщенных первокурсников: два парня с гордо задранными носами и милая девчушка с таким брезгливым выражением лица, словно попала не в лучшую Академию, а в мусорный бак.
— Я подожду, Надин, спасибо, — улыбнулась Астра и встала в сторонке, не решаясь сесть на свободное место рядом со студентами.
— Это надолго. — Женщина едва заметно кивнула в сторону ожидающих. — Но если не спешишь, то жди.
Из-за двери с золотой табличкой послышался приглушенный смех и довольный голос Сатфорда. Если Астра не сошла с ума и прямо сейчас у нее не галлюцинации, то, выходит, ректор умеет смеяться? Вот это чудеса!
Дверь кабинета распахнулась, и смех полился в приемную. Удивилась даже Надин, вздернув густо накрашенные брови.