Поэтому я безропотно поднялась из лужи. Зябко переступила босыми ногами, взглядом пытаясь отыскать тапочки. Но почти сразу с огорчением вздохнула, увидев, что они, размокнув, плавают чуть поодаль. Н-да, такая обувь вряд ли защитит меня от холода.
— Вперед! — поторопил меня лорд Питер.
Я развернулась и молча побрела к дому, стараясь не обращать внимания на то, как мокрая ткань неприятно липнет к телу, высасывая драгоценное тепло. Уж, лето, а все равно прохладно, даже очень!
Достаточно скоро я достигла деревянного крыльца небольшого одноэтажного лесного домика, больше всего напоминающего обычную избу. Поднялась на две скрипучие ступеньки и остановилась около двери.
Лорд Питер, все это время следующий за мной, с такой силой рванул ее, что я едва успела отшатнуться — иначе бы получила прямо по лбу. И тут же налетела спиной на кучера, который, оказывается, тоже последовал к дому вслед за хозяином.
— Мягкая! — хохотнул кучер, ловко схватив меня за плечи. — Теплая!
Его толстые пальцы-сардельки весьма недвусмысленно скользнули по моей груди, с легкостью проникнув под манто, и я содрогнулась от отвращения.
— Гейб, убери руки! — строго одернул разошедшегося слугу лорд, и кучер поспешно отпустил меня.
Я не успела с облегчением перевести дыхание, как Питер продолжил с ухмылкой:
— Не беспокойся, Гейб, у нас еще много времени впереди. Успеешь натешиться.
Ситуация стала слишком однозначной. Я больше не могла закрывать глаза на очевидные вещи, но в этот момент кучер с такой силой толкнул меня в спину, что я влетела в дом. Запнулась о порог и вновь грохнулась.
Это было больно. Это было очень больно. Пол оказался очень твердым, и я расшибла себе колени. На мои глаза после такого неудачного падения навернулись слезы. Я мелко-мелко задышала через рот, не позволив себе сорваться на стон или крик. Не сомневаюсь, если я заплачу, то лишь порадую тем самым лорда Питера. Нет, я не доставлю ему такого удовольствия!
Он неспешно зашел в дом. Следом за ним в узкий проем протиснулся и кучер. Повернулся и тщательно запер за собой дверь.
С грохотом задвинулся тяжелый металлический засов, и я огорченно вздохнула. Н-да, теперь помощи извне мне не следует ждать. Пройдет немало времени, пока дверь сумеют выбить.
Затем покосилась на окна. Тут меня поджидало очередное разочарование. Окон, по сути, в доме и не было. Вместо них имелись лишь узкие щели, через которые с величайшим трудом проникал тусклый дневной свет. Ни дать ни взять — бойницы в стенах замка, которые к тому же были надежно защищены толстыми решетками.
Лорд Питер между тем неторопливо вышел на середину комнаты. Прищелкнул пальцами — и тотчас же ожила магическая искра, чей свет выхватил из полутьмы всю скудную обстановку этого помещения.
Я повела головой из стороны в сторону в тщетной надежде отыскать хоть какой-нибудь путь к спасению. И от увиденного почувствовала, как волосы на моей голове встают дыбом и начинают шевелиться от ужаса.
Комната, в которой я оказалась, менее всего напоминала прихожую или гостиную. Здесь не было мебели, если не считать обычного деревянного стола примерно по центру помещения. При виде его я почувствовала, как комок противной горькой тошноты опасно подкатил к моему горлу. Потому что столь прозаический предмет мебели оказался снабжен необычными приспособлениями — ремнями. По два с каждой стороны. По всей видимости, они были предназначены для фиксации рук и ног.
Около стола стоял еще один — поменьше. На нем лежала белоснежная салфетка, на которой…
Лишь каким-то чудом меня не вырвало в этот момент. Ужас достиг своего апогея. Потому что на этом столике красовалось всевозможное изобилие ножей, лезвий, крюков, щипцов и прочих предметов весьма зловещего вида. Всех форм и размеров. Выбирай на любой вкус, как говорится.
— Это вы были сообщником лорда Митчелла, — проговорила я, посмотрев на Питера. — Это вы помогали ему убивать бедных женщин.
— Я бы не назвал этих существ женщинами, — презрительно фыркнул лорд Питер. — Они продавали себя за деньги. А женщина, я имею в виду, конечно, настоящую женщину, должна быть выше всей этой грязи. И потом, я платил им за то, что получал в аренду их тела. И лишь от меня зависело, как именно я мог распорядиться этим правом. Их беда, что я предпочитал не плотские утехи. — Выпрямился и с нескрываемой гордостью завершил: — Напротив, они должны быть благодарны мне. Никчемные, пустые твари. Они ничего не создавали, лишь жрали да совокуплялись с теми, кто им платил. А я наполнил их глупые бездарные жизни смыслом. Сделал так, что хотя бы их смерть принесла пользу обществу.
— Не понимаю, о чем вы, — прошептала я, бросив быстрый испуганный взгляд на столик со всевозможными инструментами.
Лорд Питер перехватил мой взгляд. Снисходительно улыбнулся и покачал головой.
— Все ты понимаешь, маленькая провинциалка, — фыркнул он. — Кстати, ты недалеко ушла от этих шлюх. Такая молоденькая, а уже не невинная. Скажи, за сколько ты продала свою девственность Томасу? Не сомневаюсь, что лорд был щедрым. Такие, как он, любят пускать пыль в глаза.
