— Жаль. Потому что со всей этой водой я вспомнил, что не отказался бы отлить.
— Не повезло тебе.
Он фыркнул.
— Ну да, бывали ситуации и похуже. Как ты меня остановишь, если я здесь и начну?
Ли сжал руку так, что боль зашкалила. По руке Тони прошла судорога, и лампа упала. Не разимая пальцев, Ли наклонился и ловко подхватил ее до того, как она упала в воду, выпрямился и повесил ее обратно на пальцы Тони.
Покрепче стиснув зубы, так, что чуть эмаль не потрескалась, Тони перехватил лампу понадежнее и выдернул руку. Он пошатнулся и чуть не упал, но вовремя наткнулся на каменную колонну. Простил ее за новые синяки и облокотился на нее. Точно. Дразнить существо из подвала не стоит.
Зато левая рука начала двигаться еще лучше. Все равно, неудачный обмен.
— Я не хочу причинять тебе вред.
— Да, я уловил намек. — Его голос звучал почти ровно, и это было хорошо. Тони не был уверен, что удержится от крика. — Не хочешь, но причинишь.
Ли прошел туда, где круг света прикасался к части каменного фундамента, повернулся и развел руки в стороны.
— У меня есть для тебя предложение.
И опять дежавю.
— И вот почему все зло, — задумался он вслух, — так тянет на мою задницу?
Существо приподняло брови Ли в до боли знакомом выражении.
— Прошу прощения?
— Ты, Повелитель теней… Я что-то не так делаю? Потому что если да, то я прекращу.
— Что?
— Моя задница. — Тони вздохнул. — Она тебя интересует.
Понимание. Потом отвращение.
— Мой интерес в тебе никак не связан с твоим телом или твоим извращенным и ненормальным поведением.
— Аа. — Так, секунду. — Ты доводишь людей до ручки, а потом ими подзаряжаешься, а я тут ненормальный?
— Что ты несешь?
— Тяжело соответствовать современной культуре? Так я переведу. Ты сводишь людей с ума, а потом питаешься их смертями. У тебя нет права называть меня ненормальным.
— Гомосексуализм идет против законов природы.
Тони невольно вздернул губу.
— Ты бы уж помолчал; ты существо из подвала!
— Я сила!
— Да, хороша сила. Ну, убил ты несколько… дюжин человек. — Он пнул воду. — И все равно ты застрял в гребанном затопленном подвале.
Ли содрогнулся, и из его носа пошла кровь.
— Ладно, извини. — Отшатнувшись от колонны, Тони сделал шаг в сторону Ли. — Я уверен, что это очень уютный подвал.
— Довольно.
— Хорошо.
— Или я убью его немедленно. — Судороги усилились.
Станет ли от еще одного шага лучше? Или хуже?
— Я же извинился!
— Ты обдумаешь мое предложение?
— Так ты его сделай сначала!
— Я хочу, чтобы ты присоединился ко мне.
— Чего-чего?
— Когда твоя сила присоединится к нашей, мы станем свободными.
К нашей? Существа из подвала? Множественное число? Пытаясь почувствовать еще чье-то присутствие, Тони вспомнил про пудреницу. Он опустил взгляд, поправил зеркало, чтобы поймать отражение Ли, увидел движение слева от актера. Посмотрел наверх — на стену, сложенную из камней, потом вниз, снова поправил зеркало и увидел, как что-то смотрит на него.
Или что-то вроде того.
Стена не переставала двигаться. Волнами. Он никогда не думал, что использует такое определение. Черты появлялись и исчезали, высовывались из камня и через секунду утопали обратно. Глаза. Нос. Рот. Как будто кто-то с жутким чувством пропорций анимировал одно из абстрактных полотен, которые так любил Генри. А пропорции на них и изначально пугали.
— Ты очень притих.
— Немного удивился, — признался Тони. Когда оно говорило, лицо появлялось в правильном порядке. Рот даже двигался, хотя говорил Ли. Тони не мог избавиться от ощущения, что он уже видел это лицо.
— Почему ты удивился? Я помогал тебя. Журнал… попался очень вовремя, да? Я оставил его в библиотеке для тебя.
Он уже видел это лицо. Он видел его каждый день на съемках — на фоне красных обоев с ворсистым рисунком на главной лестнице.
— Крейтон Каулфилд? — Похоже, теория Грэхема Бруммеля о том, что Каулфилд был всего лишь копией сознания этого существа, была практически права.
Брови на стене, не соединенные ни с чем, сдвинулись ближе, а Ли произнес:
— Ты только что это осознал?
— Ну, извини, что я отвлекся на дом с привидениями и мертвыми людьми — включая несколько человек, — добавил он, — которые еще не были мертвы на момент закрытия дверей. — Он выразительно взмахнул фонарем, потому что если бы он пошевелил другой рукой, то потерял бы отражение в зеркале.
Каулфилд казался несколько растерянным.
— Ну да, но…
— И я думаю, что если ты хочешь, чтобы я присоединился к тебе, то представь, что я ничего не знаю, и обрисуй ситуацию вкратце.
Лицо на стене не могло вздыхать, а вот Ли мог.
— Ты хотя бы читал журнал?
Тони почувствовал, как заполыхали его уши. Вода плеснулась на ноги, когда он неловко переступил с ноги на ногу.
— Моя подруга его читает.
— Подруга?
— Я до него еще дойду. У меня просто не было времени.
— Я оставил его тебе.
— Это ты так говоришь. — Нападение — лучшая защита. — Мне как-то сложно в это поверить, учитывая, что ты сунул его за зеркало почти сто лет назад.
— Ладно. — Ли и отражение Каулфилда в маленьком зеркальце фыркнули — хотя звук донесся только от Ли. — Я оставил его для кого-нибудь вроде тебя. И вроде меня.
— Я не такой, как ты!
— Ты думал, ты первый?
