Я прошел мимо лифта и заглянул за угол. В темноте можно было различить проемы, закрытые неуклюжими деревянными дверями – их жильцы будут менять в первую очередь. Крайняя дверь справа была приоткрыта, из-за нее на плитку стекало едва заметное пятно света, ударившееся обо все стены пустой квартиры, прежде чем выглянуть сюда.
Рев затих, что-то негромко застучало.
Я, не дыша, держась рукой за стену, сделал несколько шагов к двери, потом снова пристыдил себя и пошел, не таясь, нарочно шаркая подошвой.
Дверь была приоткрыта совсем ненамного – и ничего увидеть было нельзя. Но стучали именно тут. И рев, стало быть, шел именно отсюда.
Я кашлянул и ткнул дверь вперед. Она беззвучно уплыла в сторону.
Серый коридор, проемы, ведущие в комнаты, край широкого окна. Из окна видно мой дом. Справа, в углу коридора, у стены сидит ко мне спиной человек. Вокруг него разложены инструменты, из комнаты выбегает провод и тянется к перфоратору.
Человек роется в маленьком оранжевом ящичке – что-то ищет.
Я кашлянул.
Человек подскочил, обернулся, лицо его было белым, как мел, глаза вылезли из орбит.
– Простите, – замялся я, – я… это…
Человек оказался крепким молодым парнем, широкоплечим, высоким. Он схватился за сердце и прислонился спиной к стене, тяжело дыша.
