Нарим замялась, плотно прижала трубку к уху, так и застыв в этой позе. Что она делает? Она снова собралась грузить его своими проблемами? Они только-только наладили разговор, а девушка вновь за старое…
– День как день… Пожалуй, он был не таким уж насыщенным…
Чонук поджал губы и скрутился в комок, подогнув под себя ноги. Нарим раньше всё ему рассказывала, но стоило ему совершить один неверный поступок, как весь его некогда идеальный мир пал, подобно карточному домику. Ему больше не доверяют.
– Ты не обязана идти к психиатру. Просто не иди туда, – бормотал в трубку парень.
– Если бы всё было так просто… – горько усмехнулась Нарим. – Теперь, если я не буду ходить туда, меня упекут в клинику, и буду я куковать так всю оставшуюся жизнь.
– О, боже мой, мне жаль, что всё так вышло! Как бы я хотел всё изменить.
– Я знаю.
– Знаешь?
– Чувствую.
Динамики телефонов по обе стороны зашлись звонким смехом, Нарим и Чонук искренне улыбались друг другу сквозь расстояние, им казалось, что они рядом, они так близко, словно вытяни парень руку вперёд, а там будет лежать Нарим и улыбаться ему.
– Дай мне время, – пробормотала в трубку девушка, и оба приняли серьезный вид. – Я обязательно тебя прощу, но мне нужно время.
– Ладно, ничего, я понимаю, – ответил Чонук, еле слышно выдохнув куда-то в потолок. Большие чёрные глаза рассматривали пустоту и видели в ней проблески желанного света, которым наполняла его сердце Нарим. Почему он раньше не ценил этого? Почему не давал ей понять, как нуждается в ней? Лишь когда чуть не потерял…
– Доброй ночи, Чон, – шепнула в трубку девушка, и веки Чонука опустились на глаза, а уголки губ растянулись в светлой улыбке.
– Доброй ночи.
***
Чонук более не собирался оставаться в стороне. Он совершил ошибку и должен либо её сгладить, либо полностью исправить. Коридоры клиники казались парню странно уютными, в стенах отделения психиатрии не было ничего необычного или жуткого, здесь царил мир и тишина, что сильно разнилось с первоначальными представлениями парня о подобных местах. Больница больницей. Юноша брёл по зданию, оглядываясь по сторонам, выискивая нужный номер кабинета.
– Вам что-то нужно? – тихо поинтересовался мужской голос, Чонук обернулся на звук. Перед парнем предстал высокий, солидный седовласый мужчина. Он смотрел на него сверху вниз через стёкла очков в чёрной роговой оправе, а Чон на секунду даже растерялся. – Вы такой нервный, Вам не ко мне?
– А Вы – психиатр? – робко поинтересовался Чонук у мужчины, которому по росту приходилось дышать в подбородок.
– Доктор Ким Ханджун, – оттопырил двумя пальцами прикреплённый на груди бейджик психиатр.
– Тогда к Вам.
– Ну, пойдём лечиться, – приобнял за плечо «пациента» Ханджун, развернув того в сторону своего кабинета.
– Нет-нет, я не пациент! – вскрикнул Чон, почти на метр отпрыгнув от настойчивого доктора. – Я здесь, чтобы узнать о состоянии девушки, которую пару недель назад записали на приём.
Доктор Ким поднял напряжённый взгляд на юношу, изучающе осмотрев того с ног до головы. Чонук нервно сглотнул. Как-то не очень уютно он чувствовал себя сейчас. Страшно, когда на тебя с интересом смотрят психиатры.
– Вы тот самый друг, что прислал её сюда? – серьёзно поинтересовался мужчина.
– Я знаю, это ужасный поступок, я сто раз успел пожалеть, – нахмурился парень, нервно стянув в пальцах края широкой чёрной футболки.
– Нет, почему же? Хорошо, что Вы это сделали, – опустил голову вниз доктор, дежурно улыбнувшись самому себе. Мужчина протянул руку в сторону и дёрнул за ручку двери, распахнув ту. – Проходите.
Чонук, послушно вняв словам мужчины, поспешил зайти в кабинет. В кабинете царила темнота, окна были плотно занавешены, внутрь не слишком охотно проникал солнечный свет, а доктор, кажется, даже не собирался включать искусственное освещение. Чону чудилось, словно он сейчас находится в бункере, в который его по воле случая забросило на ближайшие лет десять.
– Видите ли, молодой человек, мне, как специалисту, важно вовремя оказать необходимую помощь своему пациенту, – пробормотали у парня за спиной.
Дверь вдруг захлопнулась, а Чонук дёрнулся, резко обернувшись на психиатра. Мужчина стоял в тени, его выражения лица практически не было видно, а у юноши, стоящего в каком-то метре от него, ужасно подгибались коленки. Однако что-то вдруг щёлкнуло, а на потолке загорелся свет. Чон мог выдохнуть спокойно. Но это было действительно жутко.
– Что Вы ей поставили?
– Диагноз я Вам сообщить не могу, так как Вы не являетесь ей родственником. Скажу лишь, что галлюцинации после приёма таблеток, которые я прописал, должны пройти.
– Ей плохо от них, Вы знаете? – перебил доктора Чон.
– Для получения желаемого результата придётся потерпеть, – ответил психиатр, и лицо его при этом даже не дрогнуло.
– Она чуть не умерла! – повысил голос возмущённый такой спокойной реакцией парень. – Потеряла сознание прямо…!
