Мы с девочками идём, проходим дальше, девочки садятся на кожаный диван, а я не могу, мерию помещение из угла в угол, из редка поглядывая в сторону Алекса. Со стороны вроде все спокойно разговаривают, но когда он вплотную подходит к Игорю, и тычет пальцем в грудь, я подрываюсь в их сторону.
— Стоп! Стоять! — Валя удерживает меня за руку, на сильно усаживает на диван. Маша же просит кофе у девушки, которая спрашивает, не нужна ли помощь? — сами разберутся!
И в следуюшую минуту, Алекс уже движется в нашу сторону, растягиваясь своей назальной улыбкой!
— Куколка! — тут приносят три кофе для нас, — тебе вреден этот напиток, — он забирает у меня чашечку, — принести моей невесте сок, после поможете нам с выбором платья.,- он целует меня в висок, — больше никогда не увидишь этого типа! Верь мне, и на этом все, тсс, — я и не смею, даже не думала что то говорить.
Я облегченно выдыхаю, как будто большой камень упал с моей груди. Фух!
После начинается настоящий кошмар, выбор платья. Алекс усаживается рядом с девочками на кожаанный диван, я же с помощью девушки- консультанта, иногда к нам присоединялись девочки помогая натягивать платье, примеряю наверное плятьев десять, прежде, чем Алекс говорит:
— Это оно! Другие не рассматриваются! — они все это время с Машей и Валей, сидели с серезными лицами, как будто не платье выбирали, а чью то судьбу решали, а иногда смеялись, шутили как я вышляжу в том или ином платье. В одном я была похожа на колобка, такой фасон платья был.
— Ну наконец то! — я довольно улыбаюсь, чувствую себя в этот момент героиней какого — нибудь красивого фильма о любви, которая примеряла перед любимым пол магазина, а он молча кивал из стороны в сторону, в знак нравится или нет.
Выбор платья выпал на самом обычном, для первого взгляда платья. Белоснежное платье, обтягиваюшее до пояса, нежными не пышными волнами спадаает вниз. Весь верх ушыт стразами, а выше выреза груди до самих ключиц нежное кружево, вышитое атласными нитками. Благо животик еще не сильно выпирате, и мне очень нравится мое отражение в зеркале. За время беременности грудь чуть припухла, и в этом платье выглядит аппетитно и сескуально, что Алекс не мог заметить, ибо не спускал глаз, которые уже полны похоти, я уже читаю его мысли, с моей груди. От этого взгляда по моему телу прошелся жар, с головы до ног.
— Нам нужна шуба, белая, — говорит Алекс, все также разглядывая меня, — принестие сюда все, что есть!
— Шуба? Я не люблю шубы!
— Милая, шас холодно, в одном платье ты замерзнешь, — он встает подходит ко мне, шепчет на ушко, — мне не терпится разорвать на тебе это платье.
— Сумащедший, — от его шепота у меня мурашки, — не смей даже думать рвать его мне.
— Я не думаю, я разорву.
— Хорошо, что ты приехал, — выпаливает Валя, — а то мы не додумались бы купить шубу.
— Я же знаю, без меня она никуда, — смеется, подмигивает мне, возвращается на место.
— Нижнее белье будем покупать без тебя. — быстро говорю я, чтобы никто не смел предложить делать дальше покупки вместе.
— Хорошо любимая, как скажешь.
Я оставляю себе первое, которое тут же мне подают для примерки.
— Мне оно сразу понравилось, — с восхщинением говорю, рассмотривая себя со всех сторон в зеркале.
— Ты прекарсна, — девочки подходят, становятся рядом, рассмотривая меня в зеркале.
Дальше мы идем за нижним бельем, и если бы не потрапливаюший нас Алекс, который звонил каждую секунду по видеозвонку, мы бы выьрали что нибудь кружевное, а не первое попавшиеся, атласное белье. Но у Алеска была весомая причина, торопить нас, он нас ждал в кафе, где уже сделал заказ.
Быстро расплатившись у кассы, мы отправились в кафе, на противоположенной стороне улице. Где во всю улыбаясь нас ждал Алекс.
— Какой же он у тебя классный, — в один голос твердят девочки, — настоящий, естественный. Тебе повезло, правда, мы рады за тебя, — девочки с двух сторон тискают, пропуская меня вперед у входа в кафе.
— Любимая, я не знал что ты хочешь…
— Ты не Не знал, а не спросил, хотя сто раз звонил, — я не даю ему договарить, усаживаюсь рядом, приятная девушка-официант забирает у нас куртки, чмокаю его в губы, — я хочу еще кващенной капусты.
— Я не удивляюсь уже ничему, — он подзывает рукой официанта, — принесите нам кващенной капусты.
Девочки смеюстся.
Закончив с обедом, мы возврашаемся домой, а девочки, как бы мы их не уговоривали возвращаются домой, ссылаясь что им на работу завтра.
Я всю дорогу молчу, боюсь сказать, что скоро лопну, и что мне очень плохо, я переела капусты, и теперь безмерно пью воду.
— Куколка, — говорит Алекс, забирая у меня воду, — ты не лопнешь? Потом всю ночь будешь бегать, сливать ее, — смеется и не краснеет.
— Бестыжий, — забираю воду и опять подношу к губам бутылку.
— А чего стыдится? Ты моя, понимаешь, моя? — нежно гладит рукой бедро.
— Еще не понимаю, — подшучиваю, за что сразу же получаю, щипает за бедро, не больно.
Мама нас встречает в хорошем настроении.
— Я приготовила обед.
— Мама, мы уже пообедали с девочками, — мы проходим внутрь, Алекс несет пакеты, — съедим на ужин, ты покушай без нас.
