Она выскочка.Меркантильная аферистка, которая окрутила пожилого дурака и вышла за него замуж.И теперь именно с ней придется делить наследство, которое старый дурак разделил между сыном и вдовой.Иэн этого не хотел. Ему не нужна маленькая, забытая богом гостиница на краю света, но он из принципа не отдаст всё какой-то самозванке. Так что по условиям завещания придётся прожить с ней под одной крышей.Всего-то месяц. Это ведь можно выдержать, да?
Где-то внизу раздался громкий хлопок.
Джемма распахнула глаза, уставилась в потолок в темноте. Дождь уже несколько часов лупил по окнам, но этот звук ощутимо выбивался из общего стройного ритма. Ей ведь не приснилось? На самом деле она почти не спала. Начала проваливаться в сон, но момент испортили.
Только что. Хлопком.
По спине прошел холодок. Она запирала дверь, это точно. Заперла, поднялась на второй этаж, потом спустилась обратно и проверила еще раз. Так что…
Какого чёрта?
Она резко села в кровати, замерла, прислушалась. Дом молчал. Можно списать на сквозняк, но все окна плотно закрыты: зима не располагает к частому проветриванию. Джемма отбросила одеяло, спустила ноги на пол, наклонилась и вытащила из-под кровати биту. Резко поднявшись, оттянула подол огромной толстовки и решительно направилась к двери. Бита удобно легла в руку. Раньше она хранилась под кроватью Престона, но теперь рассчитывать было не на кого.
Только на себя и свой удар нападающей в крикете.
Джемма тихо прокралась к лестнице, тихо начала спуск. Ноги в тапках с заячьими ушами бесшумно ступили на ступеньки, и… Внизу загорелся свет.
Какого? Хрена?
Бита повисла в руках и стукнулась о пол. Или грабитель-убийца совсем неадекватный, или это не грабитель-убийца. Джемма ускорила шаг, добежала до середины пролёта, обогнула разворот лестницы и остановилась. Ноги вросли в деревянное перекрытие, глаза расширились.
Серьёзно?
Внизу, возле входной двери, стоял парень. С отросших каштановых волос стекала вода, ручьи вплетались в короткую бороду и капали на пол. Коричневая куртка-парка потемнела и отяжелела, он нервно сбросил мокрую ткань с плеч, стянул рукава, и куртка кучей упала у его ног. Там и осталась. Парень мотнул мокрой головой, как мастиф, разбрасывающий вокруг себя капли, его руки рванули вверх и прочесали пальцами растрёпанные вьющиеся волосы, откидывая их с лица.
И в этот момент он решил повернуться. Джемму прожег взгляд больших синих глаз. Мрачный, тяжёлый взгляд.
Твою. Же. Мать.
Только не это…
Лучше бы это были воры. С ними справилась бы бита и поставленный удар, но против этих глаз бита не поможет. Злой взгляд задержался на лице Джеммы всего на секунду. Изучающе поехал вниз, на толстовку, выглядывающие из-под неё колени и на заячьи уши. Губы изломились в едкой ухмылке.
По ногам Джеммы пошли мурашки…
– Не спится? – пролетел по холлу саркастичный охрипший голос.
О-о-о, этот голос. Против него бита тоже не поможет… Колкость и рычащие отзвуки в каждом слове. Ногам стало тепло. Даже жарко. Она машинально сделала шаг на ступеньку вниз, вцепилась пальцами в перила.
– Ты ведь уехал, – выронила она.
Вроде бы прозвучало достаточно безразлично. Только сейчас её ошарашенный взгляд смог различить две большие спортивные сумки у двери. Вот же чё-ё-ёрт…
– Уехал. И вернулся, – он расставил руки в стороны, как бы являя себя миру. – Сюрпри-и-из!
Да. Сюрприз… Мать его, сюрприз. В горле застрял ком, Джемма с трудом сглотнула.
– Я думала, ты не собирался возвращаться.
Синие глаза нашли её глаза и пристально в них заглянули. Слишком большие глаза, слишком синие. Как Ирландское море во время шторма…
– Не дождёшься, зайка, – едко выплюнул он. – Не дождёшься.
Агрессивный звук клаксона ворвался в салон и дал по ушам, отбился в мозгу, врезался болезненным звоном.
Иэн поморщился.
– Пошёл нахрен!
Оторвав руку от руля, он прижал к боковому стеклу выставленный средний палец. Дед в старом седане на соседней полосе начал опускать стекло. Очевидно, решил высказаться. Удачи ему…
– Себе побибикай! – рявкнул Иэн и втопил газ.
Трёхдверная малолитражка послушно пошла на взлёт, дед остался далеко позади. Пусть высказывается в пустоту. Нечего тащиться по дороге, как на телеге, если не хочешь, чтобы тебя подрезали.
Боковое зрение уловило, как сидящий в пассажирском кресле Мэтт устало прикрыл глаза рукой.
– Давай я поведу, – тяжело вздохнул он.
Ну конечно. Всегда спокойный, всегда собранный двоюродный брат готов взвалить на себя спасательную миссию. Как обычно.
– Давай хоть ты заткнёшься, – бросил Иэн и откинулся на спинку сиденья.
– Ты устал. У тебя скоро капилляры в глазах полопаются.
– Просто отвали, Мэтти.
До пункта назначения осталось меньше шести миль. Уайтхейвен, Камбрия. Учитывая, что они в пути уже больше пяти часов, что такое шесть миль? Хотя в глазах и правда мерещится хруст битого стекла: две предыдущие ночи без сна дают о себе знать. Иэн слишком усердно пытался успеть выполнить заказ, чтобы с чистой совестью уехать.
С чистой совестью.
Забавно звучит в сложившейся ситуации.
