Потом она не могла вспомнить, о чем конкретно они разговаривали с Дмитрием. Их разговора не осталось в ее памяти. Дима согласился встретиться. Он предложил ей приехать домой, на что она ответила категоричным отказом.
– Нет, Дима, давай увидимся на нейтральной территории.
В глубине души она надеялась, что он будет настаивать. Ей бы польстило.
– Как скажешь, солнце мое, – его спокойный тон едва не вывел ее из себя.
Уж лучше бы он иронизировал и насмехался! Дашу всегда пугало его спокойствие. Оглядываясь назад, она вспоминала, что он всегда, при любых обстоятельствах, даже когда поднимал на нее руку или когда занимался с ней любовью, сохранял видимое спокойствие. И это было ужасно.
Теперь Димка казался ей страшным человеком. И она откровенно его боялась.
Что он предпримет?
Отпустит с миром?
Потребует откупную?
И невольно в голове мелькала мысль: «А Андрея рядом нет…»
Они договорились встретиться в кафе в семь часов. Сейчас стрелки на часах показывали половину восьмого.
Даша продолжала ждать, и каждая прошедшая минута казалась ей вечностью. Ей бы встать и уйти, дать понять, что она не позволит так с собой обращаться, но она продолжала сидеть.
Она искала себе оправдания и говорила, что эта встреча нужна именно ей. Она больше не хотела быть женой Коршунова. И если ради этого ей предстоит пройти через последние унижения, она пройдет.
А потом она будет вспоминать эти дни, как кошмарный сон, которому никогда не суждено повториться.
Даша сидела лицом к двери. Она сразу заметила коренастую фигуру Дмитрия в строгом темно-синем костюме. А у него новый галстук, тотчас отметила она по старой привычке.
Он остановился в дверях кафе, ленивым взглядом обвел присутствующих, нашел Дарью и решительно направился к ней.
С каждым его шагом сердцебиение Даши учащалось. Она удивлялась своей реакции. Как же так… Что произошло с ней, нет, с ними, что сейчас, наблюдая за тем, как к ней приближается муж, она не чувствовала ничего, кроме затаенной тревоги? В прошлом остался ее восторг, ее страсть, ее любовь. И то, как она реагировала на Дмитрия. Стоило тому зайти в помещение, как она начинала по-другому воспринимать мир. Он был ее солнцем, под которым она расцветала.
Но ни к чему сейчас эти размышления.
Их брак с Димкой остался в прошлом. Пришла пора думать о будущем.
Дмитрий подошел к столику, коротко кивнул в знак приветствия и опустился на стул.
– Я, кажется, опоздал, – констатация факта и никаких извинений.
– Да, есть такое дело.
Глаза Дмитрия чуть прищурились, выдавая внутреннее недовольство словами Даши.
– Ты ужинать будешь или ограничишься соком? – лениво поинтересовался он, когда около их столика возникла миловидная официантка.
– Пожалуйста, апельсиновый сок, – сказала Даша, радуясь мимолетной передышке.
Она молчала, пока Димка делал заказ. Да и он не спешил начинать разговор, ждал, когда первой заговорит Даша.
– Дима, нам надо поговорить, – нерешительно начала она.
– Это я понял. По-моему, ты для этого и предложила встретиться.
– Да. Нам необходимо выяснить отношения, – в мыслях и представлениях Даши все казалось намного проще.
Дмитрий лениво откинулся на спинку стула.
– И каким же образом мы с тобой будем выяснять отношения, а, солнце мое? Ты мне собираешься сообщить нечто важное, чего я еще о тебе не знаю?
– Димка, пожалуйста, давай без иронии…
– А как еще с тобой разговаривать? По-моему, жена, ты сама загнала себя в угол. Это ты в истерике сбежала от меня той ночью, точно я монстр какой-то. Это ты черт знает что наплела обо мне своей незаменимой подружке. Да к тому же умудрилась забеременеть от чужого мужика, – Дмитрий говорил ровно, не сбиваясь и не повышая тона, точно сейчас он обсуждал не свою семейную жизнь, а новое блюдо. – По-моему, все и началось с твоей беременности, да? Когда это ты успела снюхаться с Загорновым, напомни мне, пожалуйста, я что-то запамятовал?
Даша занервничала сильнее. Трудно же приходилось конкурентам Коршунова по бизнесу, своей уравновешенностью и невозмутимостью он кого угодно мог заставить нервничать.
– Загорнов тут ни при чем, сейчас разговор не о нем.
– Как не о нем? А о ком же тогда?
– Дима, я серьезно, не надо все переворачивать. Ты знаешь, о чем я хочу поговорить.
Тот медленно растянул губы в подобии улыбки.
– Нет, не знаю. Скажи.
Он играл с ней в кошки-мышки. И она на самом деле чувствовала себя беззащитной мышкой, которую загнали в угол. Дома Даша сотню раз мысленно воображала их диалог с Димкой, она готовила себя к словесной борьбе, но в реальности все оказалось труднее. Оказалось невозможно противостоять холодности и наигранному безразличию мужчины.
Но Даша должна была пройти через это… Должна. У нее не было другого выхода.
