Таковы был первый из встреченных мной представителей благородного сословия моей родины. Не скажу, что я пришел в восторг.
Голос у графа, однако, оказался сильным.
– Барон Мерс. Простите, что я не встаю.
– Господин граф, – низко поклонился я. – Благодарю вас от имени Ее Величества за то, что приняли меня.
– Прошу вас, садитесь. Да, конечно. Вина? Бренди?
– Вино будет в самый раз.
Граф звякнул в колокольчик, стоявший тут же на столе. Появился дворецкий и получил указание принести бокал вина и рюмку чего-то по имени «барпарлот». Он вышел и быстро вернулся – наверное, все это уже было тут, наготове.
– Итак, – сказал граф, подняв свою рюмку, а я отсалютовал бокалом в ответ, – полагаю, императрица желает получить бумагу?
Я в общем наполовину этого и ждал, но граф любезно подал мне все на блюдечке, сэкономив мне девяносто процентов работы. Я сделал остальное: кивнул.
– И вы, несомненно, желаете взглянуть на производство?
– И, конечно, доставить образцы.
– Конечно. – Он помолчал. – Могу ли я спросить, господин барон…
– Почему я остановился в городе, не оповестив о цели своего прибытия ни вас, ни кого-либо еще?
Он улыбнулся. Большая часть зубов была цела, однако нижнего переднего не хватало.
Я пожал плечами.
– Хотелось сперва увидеть перспективу со стороны. Посмотреть на местоположение, на то, как происходит отгрузка товара, побеседовать с рабочими, в таком духе.
– Просто чтобы купить бумагу?
Я улыбнулся, предоставив ему трактовать это как ему будет угодно.
Граф вздохнул.
– Я не слишком углубляюсь в рутинные операции самой мельницы.
– Мельницы?
– Бумажной мельницы.
– А.
– Вы, я так понимаю, не специалист в производстве бумаги?
Я рассмеялся.
– Это вряд ли. Я просто человек, которому повезло быть облеченным доверием Ее Величества. От меня не ожидают квалифицированных суждений по части бумаги, только о людях.
– Странно, – проговорил он, – что Империя уделяет внимание нашему маленькому королевству ради такого дела.
Я усмехнулся.
– Вовсе не странно, господин граф. Будь это странным, вы бы не проведали столь быстро о цели моего визита. Напротив, я уверен, что вы уже некоторое время ожидали визита кого-то подобного мне.
Он кивнул.
– В общем, да. Вы же знаете – или, вероятно, знает ваша императрица, или кто-то из ее чиновников, – что здесь производят самую лучшую бумагу.
– Точно так.
Он кивнул.
– Когда вам было бы удобно взглянуть на мельницу?
– Чем скорее, тем лучше, – ответил я. – Как насчет завтра?
– Все будет устроено.
Я сел поглубже и огляделся.
– У вас чудесный дом.
– Благодарю, – ответил он. – Когда-то владельцем был старый барон, но мой дед выкупил у него особняк. Давняя история. Впрочем, вероятно, по счету эльфов не такая уж и давняя. Сложно это, жить среди них?
– Ко всему привыкаешь, – сказал я. – К слову, не желая оскорблять вашу, э, мельницу, сударь, но аромат вашего города весьма, так сказать, заметен.
Он слегка улыбнулся.
– Вот поэтому-то мы и приобрели особняк за десять миль от города.
Я кивнул.
– Разумеется. Я поступил бы так же. За вычетом же запаха, город вполне приятный, хотя и странный.
– Странный?
– Гильдия.
– А что Гильдия? – чуть резковато спросил он.
– Я не намеревался никого оскорбить, – заверил я. – По моему мнению, действия Гильдии никак не касаются графства, и следовательно, никоим образом не затрагивают вас.
Щека его дернулась. Понятия не имею, что это значило.
– Верно. Вы меня не оскорбили. Но что в Гильдии необычного?
– О, я слышал о гильдиях, которые держат в руках местных ремесленников. Однако ни разу – чтобы гильдия торговцев, или какая-либо иная, полностью управляла городом.
Граф моргнул.
– Городом управляю я.
Он сказал это без тени сомнений.
– Ну, – проговорил я, – пожалуй. И все же, Гильдиия…
– Пфуй, – изрек он.
Вежливость требовала поменять тему беседы. Иногда так бывает, непонятно, то ли собеседник лжет, то ли просто свихнулся, но от этого никуда не деться.
Так что я временно отступил и задал несколько вопросов о меблировке особняка, о картинах в главном зале, и в таком духе. Граф расслабился, об этом он готов был говорить сколь угодно долго; я же готовился к новому этапу выдаивания информации. И после серии вопросов об императрице и ее дворе (некоторые ответы я знал, а остальные просто выдумал), я начал:
– А еще одна странность – местные верования по части колдовства. По крайней мере, мне, чужеземцу, они таковым кажутся.
Он, похоже, ничего не заподозрил.
– Какие такие верования?
– «Темная» и «светлая» стороны Искусства. Для меня это что-то новенькое.
– Странно, что вы спрашиваете о подобном.
– Да?
– Вообще-то я сам намеревался вас об этом спросить.
Если он заметил мое удивление – прекрасно; это было искренне, а также вполне соответствовало изображаемомму мной персонажу. Граф покосился на Лойоша и Ротсу, кашлянул и сказал:
– Вы, несомненно, колдун.
– Ну да, – согласился я.
– Я – нет. Однако мне представляется, что любое занятие может использоваться с различными, э, целями.
– Ну да.
– С добрыми, скажем, или недобрыми.
– Никогда не размышлял о колдовстве в подобных терминах, – честно заявил я, – но примерно понимаю, о чем вы.
Он кивнул.
– Итак?
– Что – итак?
